– Давай помогу…
– Давай. Только… Я разве тебе не сказал сидеть на месте и сюда не подходить?
– Сказал, но… там страшно.
– Эх, нет в тебе понятия о дисциплине, – вздохнул Виталий. – Придется учить, в нашем деле без нее никак.
– Вернешься – научишь.
– Там видно будет. Ладно, чего встала? Помогай давай!
Вдвоем они закончили работу в несколько минут. Больше всего провозились, естественно, с домом – горючки у них было не то чтобы много, а площадь оказалась приличная, квадратов триста, а то и больше. Пришлось извращаться, чтобы хватило повсюду. Хорошо еще, в пристроенном к дому гараже нашелся шикарный «лексус», новенький, блестящий, даже жаль такой уничтожать, и, опять же, бензин, в баке и в старорежимного вида бочке из толстого металла. Пригодилось, хотя переливать… Шланга он не нашел, а бочка тяжелая, зараза, но вдвоем справились. И, уже доставая из кармана зажигалку, Виталий едва удержался от того, чтобы хлопнуть себя по лбу:
– Черт, совсем забыл!
– Это ты о чем? – полюбопытствовала Виктория.
– О бабах.
– О каких еще бабах?
Пришлось рассказать. Виктория хмыкнула, высказалась по поводу того, что кобель где угодно что-нибудь да найдет, однако не пыталась протестовать. Только отошла, чтобы лишний раз не светиться. Виталий же спустился в баню.
Девки исполнили его приказ в точности – оделись и сидели тихонько, как мышки. А когда он распахнул дверь, подпрыгнули от неожиданности и дружно уставились на вошедшего. И такой у них в глазах был страх, пополам с надеждой остаться в живых, что Виталию стало даже смешно. Нет, разумеется, с точки зрения логики, их надо было здесь и класть, дабы избавиться от свидетелей, но, с другой стороны, он же не живодер! Да и не тот контингент перед ним, чтобы бежать в милицию.
На всякий случай он их, правда, от этого шага предостерег, но девицы и без того были напуганы и лишь головами кивали. Вот и славненько. Оставалось выгнать их наружу (конечно, до города километров десять, но ничего, дойдут) и приступить, наконец, к заметанию следов.
Сторожка загорелась практически сразу, дом – куда более неохотно, сказывались материалы. Но ничего, разгорелся – все же бензин пересилил их огнестойкость. Оставались машины, но тут Виталий позаботился, и огонь по заблаговременно смоченным тряпкам шустро юркнул в бензобаки. Полыхнуло просто здорово. Виталий посмотрел на буйно поднимающиеся в небо цветы огня, вздохнул и махнул рукой напарнице:
– Ну все, поехали.
– Куда?
– К тебе. Там переночую, а уже по светлому – домой.
– Боишься?
– Зря рисковать не хочу. Да и потом, все равно мне с утра в аэропорт, встречать нашего юриста и везти, опять же, к тебе. Но вначале ты завтра меня отвезешь, чтобы я свою машину забрал до того, как на нее полицаи выйдут.
– Думаешь, еще не…
– Уверен, иначе после такой бойни все дороги бы перекрыли, а мой телефон уж точно разрывался бы.
– А-а… Ну, тогда поехали.
И они бодро зашагали напрямик к ожидающей их в укромном уголке машине.
По лестнице к собственной квартире Виталий поднимался с трудом. Устал. События последних дней вымотали его ужасно. Отдохнул, называется, а ведь еще два месяца работать теперь. Хорошо хоть нет нужды договариваться о передержке собаки – Виктория согласилась за ней присмотреть. Хорошая девчонка… Главное, чтобы они потом с Татьяной не разругались, а то женщины не всегда понимают, что отношения могут быть и просто дружескими. Непонимание такого рода может быть чревато скандалами, которые Виталий ненавидел всеми фибрами души. Ну да ладно, Бог не выдаст – женщина не съест, разберемся как-нибудь.
Зато успел сегодня всё. С утра забрал машину – как он и подозревал, никто на даче не появлялся. Ну и замечательно, тем более сейчас идет снег, и он скроет все следы. Повезло еще, что колеса оказались не пробиты, а аккуратно спущены, в два насоса их накачали махом. Забрал, отогнал на платную стоянку – там сохраннее будет, чем в гараже. И хозяин стоянки – мужик нормальный, и собаку там на ночь выпускают такую, что запросто оторвет незваным визитерам что-нибудь ненужное. Случались прецеденты. Ну а потом Виктория забросила его аккурат к подъезду и еще раз, на прощание, громко чмокнула в щеку. Чуть громче, чем просто по-дружески. Впрочем, ладно, потом разберемся.
Привычно щелкнул замок, пропуская его в квартиру, изрядно пропитавшуюся за эти дни чужими запахами. Переживет, конечно, хотя порой действует на нервы. Ничего страшного, сегодня это закончится…
Звонкое цоканье когтей по ламинату – собака, благополучно проспавшая возвращение хозяина, галопом выскочила из комнаты. На повороте ее занесло, однако на ногах псина удержалась, подлетела – и прыгнула на грудь, лизаться. Фу, морда слюнявая!