Журналистка подошла к столику и внимательнейшим образом осмотрела чашу. Вроде никаких тайных ящичков или накладок. Большой тазик, по верхней внутренней окружности которого выгравирован орнамент. На дне чаши был начертан восьмилепестковый цветок.
— Это сакральный знак, символ вечности, — пояснил Монпелье. — А рядом написано китайскими иероглифами пожелание добра. Поразительно, что в чаше сочетаются и китайские, и греческие орнаменты — в ней Восток слился с Западом…
Стелла поднесла большой кувшин, в котором что-то плескалось.
— Здесь вода, дамы и господа, — пояснил француз. — Самая обыкновенная, без каких-либо добавок. Вот, смотрите.
Он налил из кувшина воду в хрустальный стакан и сделал из него несколько больших глотков.
— Хотите лично убедиться? — спросил он у мисс Грэй, показывая на второй стакан, стоявший здесь же.
— Хочу! — упрямо встряхнула головой журналистка.
— Что ж…
Его ассистентка наполнила и второй стакан. Элизабет решительно взяла его и наполовину осушила. Затем удовлетворенно кивнула.
— Действительно, вода.
Стелла Марис вылила содержимое кувшина в чашу, почти до краев наполнив её. Взяв в руки нож, фокусник принялся совершать какие-то пассы над чашей, при этом бормоча себе под нос некие загадочные слова на непонятном языке.
Юрий смог разобрать только «Баал» да «Сетхи», остальное показалось ему тарабарщиной.
— Возьмитесь за ручки, мадемуазель, — обратился чародей к Лиз, — и хорошенько потрите их. Не бойтесь, с вами не произойдет ничего дурного.
— Да я и не боюсь, — пожала плечами американка и энергично взялась за дело.
Поначалу ничего не происходило. Некоторые зрители даже начали ехидно похихикивать, а Астор даже демонстративно раззевался.
Однако вскоре последовало невероятное. Сначала на поверхности воды в четырех местах появилась рябь. А потом начали бить сразу четыре маленьких фонтана, которые через мгновение достигли высоты в четверть метра.
Затем чаша загудела. Звук нарастал, неприятный и назойливый, от которого ныли зубы и закладывало уши. Потом чаша вдруг сменила тон — и полился звук — чистый, ровный и мощный.
— Боже святый! — воскликнула мадам Рокси и перекрестилась.
— Вода кипит, — растерянно пролепетала Элизабет, опуская руки. — Это чудо!
— Поздравляю вас, мадемуазель, — церемонно раскланялся с нею Монпелье. — Такое случается отнюдь не у каждого. — Чем духовно чище человек, тем он энергетически сильнее, тем выше у него фонтанчики. — У вас очень сильная жизненная сила, как говорят индусы, прана.
Вода между тем успокоилась.
Француз окинул взором притихшую аудиторию.
— Не желает ли еще кто проверить свои способности? Например, вы, мсье? — обратился он к Бонивуру, словно указкой ткнув в его сторону крисом.
Тот, смущаясь под множеством обращенных на него взглядов, привстал со своего кресла.
— Хочу предупредить. Вода закипает не у каждого. Эта чаша своего рода мера чистоты. Если в течение обряда вода в чаше остается неподвижной, спокойной, значит, перед нею нечестный человек, которому нужно молитвой и постом очистить душу. При трении, как вы слышали, чаша издает особый звук, который влияет на внутреннюю энергию человека.
Бонивур хихикнул и остался на месте.
— Ну же, дамы и господа, смелее! — подзадорил Монпелье, глаза которого искрились иронией.
Никто не захотел повторить попытку Элизабет.
— Пойдемте отсюда, — прошептал он на ухо Элизабет. — Мне кажется, что все интересное уже позади…
— Вообще, если это правда, — сказала Элизабет, когда они вышли из салона, — то такая чаша, ой как пригодилась бы в полицейской работе. Сколько лгунов и нечистых на руку людей можно было бы выявить с её помощью!
— Это наверняка какой-то фокус, — назидательно сообщил стряпчий слишком впечатлительной девице.
А про себя подумал, что будь так, неплохо бы самого чародея проверить на честность.
— А о чем он еще рассказывал, пока я не пришел? — вслух спросил Юрий.
— О том, что он плывет к нам в Америку не только чтобы показать свои фокусы, но и познакомиться с уменьями индейских колдунов. Пока те, мол, не вымерли под властью белого человека. А еще хотел бы сплавать на Кубу — там есть такая отмель Бимини… Потом еще про ммм… баритсу — это борьба такая. Владеющий ею может легко победить любого силача.