— Постой немного тихо, — обернулся я к гоблину, согласно кивнувшему.
Что ж, пообщаюсь с комиссаром. Надеюсь, его тонкая оболочка еще не успела испариться. Жмых-то вон еще когда меня зазывал к себе. Давненько труп Бронева тут стынет.
Закрыл глаза и постарался унять расстроенные чувства. Растут мои способности, как есть растут. Видение вспыхнуло в мозгу чуть ли не через пару секунд.
— Валяй Силович, вы как тут?! — Князь Снежин, стоявший у ворот особняка, повернулся к комиссару. — Нашли Трехгорнова? Выяснили что-нибудь?
— Так точно, князь, — услышал я странно искаженный голос Бронева. Словно ему кто ведро на голову надел. Комиссар двинулся к Снежину и продолжил: — Все в полном соответствии с вашими наставлениями. Оттого и понял, что вы с докладом прямиком сюда направитесь.
В этот момент взгляд комиссара уполз влево, сфокусировавшись чуть дальше за спиной Снежина. Там, где из узкого проулка между высокими заборами особняков вышагнули на улицу два человека в длинных серых плащах. Хотя нет, это были не люди. Эльфы. В одном я тут же опознал рваноухого Клариуса, а вот второй был мне неизвестен. Совсем молодой, стройный, высокий, со смазливой физиономией. А я-то уж думал, все эльфы-мужики на рожи страшные. Светлые волосы до плеч. Широкополая шляпа на башке и дротовик в руках.
— Опасность, князь! — выкрикнул комиссар и кинулся к своему экипажу. — Это его наймиты!
Я увидел, как Бронев вытаскивает оружие и, вскинув его, целится в молодого эльфа. Стреляет и попадает гаденышу в грудь под левую ключицу. Но тот уже успевает пальнуть и попасть в князя, а после, не обращая внимания на рану, переводит огонь на комиссара.
Этот сучонок просто великолепный стрелок. Пока Бронев перезаряжал свой самострел, эльфеныш уже выстрелил и опять не промазал — я чуть ли не физически почувствовал вонзившийся меж ребер дротик.
Взгляд комиссара на мгновение переместился на торчащий из его груди хвостовик острого снаряда. Затем Валяй Силович попытался вновь прицелиться в светловолосого гада, но второй выстрел оборвал жизнь комиссара. А я чуть не заорал в голос из-за резкой боли, вспыхнувшей в правом глазу.
Твою налево! Мне всегда теперь будут прилетать вместе с видениями и последние ощущения убитых?! Да хрен меня теперь заставишь общаться с покойниками! На кой черт мне подобные «удовольствия»?!
— Эй, дознатчик, с тобой все в порядке? — донесся до меня голос гоблина.
Заботливый, гад! Какое тут «в порядке»?! Башка раскалывалась, будто при сильнейшей мигрени. Но это лишь полбеды. Куда хуже было то, что я запутался во всем еще больше.
Из всего увиденного мне удалось выяснить не так уж и много. Главное, конечно, Бронев оказался не предателем. Тут орк прав, хотя его самого это не сильно обеляет. Доверять ему полностью я все же не смогу.
Дальше. Комиссар явно действовал по приказу Снежина и с Трехгорновым общался, выясняя информацию для коронного дознатчика. От барона он узнал нечто, позволившее вычислить кого-то из главных зачинщиков заговора. И поспешил предупредить князя. Попытался спасти его, но сам погиб.
Теперь стало очевидно, что убил князя вовсе не комиссар, а какой-то левый эльф. А я, понадеявшись на свой неокрепший дар, записал Валяя Силовича в подлецы. Вот уж урок мне так урок! Стыдно не передать как.
Значит, нужно искать белобрысого эльфеныша, а его дружка, что мог бы в этом помочь, укокошил Митиано, или как там его.
И еще стало понятно, что убили комиссара с князем возле дома подозреваемого. Вот только как узнать, чей это особняк? Таких по городу не один десяток, поди, найдется. Кататься, выискивая похожий? Да я задолбаюсь колесить по округе! Нужно придумать что-то другое. А главное, перестать считать свой дар способом получения непререкаемой истины. Иначе так и буду каждый раз садиться в лужу и вместо получения реальных результатов вновь оказываться у разбитого корыта.
— Ладно, — выдавил я из себя расстроенно, — давай, Жмых, показывай, какого еще кота ты мне в мешке притащил.
Эпилог
— Что у нас с поставками образцов? Вы уже нашли замену «прыгуну»?
— Еще нет, мой господин. Обладателей трансгрейдеров трудно найти, еще труднее перевербовать.
— Вы осознаете, что из-за отсутствия образцов наши планы могут застопориться? А любая потеря времени играет против нас. Кто-то другой может первым совершить технологический рывок, оставив нас далеко позади. А я не желаю трепыхаться в кильватере истории, я сам хочу творить ее.