– Михаил Иванович! – произнес прокурор, сделав небольшую паузу. – Прокуратура и в частности прокурор района, немного другого мнения в отношении гражданина Костоева. Что, мы о нем знаем? По большому счету, ничего. Ну, и что, то что он ранее судим? У нас в России, каждый третий, судим. Окурки на месте обнаружения возможного места ведения огня, это тоже чепуха. Что, нам дает биологическая экспертиза? Да, ничего конкретного. Говорит, что курил их человек со второй группой крови, с положительным резус фактором, то есть все это до того размыто, что однозначно что-либо сказать, практически не возможно. Поймите таких людей с подобными признаками у нас в России сотни тысяч, если не миллионы.
– Погодите, Наиль Зинурович, – произнес Абрамов, молчавший все это время. – А как же пули? А, как гильзы в машине Кузина? Я, что-то не понимаю позицию прокуратуры в целом. Разве этого не достаточно для того, чтобы объявить человека в федеральный розыск?
Прокурор словно не слышал реплики Виктора, продолжал говорить.
– Чем вы рискуете? Если сказать по-честному, то ничем. А, чем рискует работник прокуратуры? Многим товарищи, многим, по сравнению с вами. Рискует своей компетентностью, а это в отличие от вас, для сотрудников прокуратуры, значит многое.
– Выходит рассчитывать на то, что вы объявите в розыск этого человека, ничтожны? – снова влез, Виктор в этот диалог.
– Вы абсолютно правы, Виктор Николаевич, – повернувшись к нему, произнес прокурор. – Найдите его, задержите по статье 122 УПК, а там будет видно. Сможете его расколоть – арестуем, если нет, то на нет и суда нет.
Они переглянулись с Феоктистовым и, поднявшись со стульев, направились к выходу из кабинета. Прокурор, молча, проводил их взглядом и, подняв телефонную трубку, стал набирать на телефоне номер.
Они вышли с заместителем министра из прокуратуры и направились пешком в МВД.
– Ну, что ты так смотришь на меня, Абрамов? Ты сам все слышал и видел. Я не собираюсь комментировать слова прокурора. По-моему все и так ясно, как божий день и здесь мои комментарии просто не нужны.
– Да, похоже, правду люди говорят, что «красная мафия» всех сильней. Михаил Иванович, можете считать как угодно, я больше не вижу необходимости работать по этому делу. Вы сами все видели и слышали. Прокуратура, глава администрации, все повязаны на этих водочных деньгах. Нам с вами, просто, не разорвать весь этот порочный круг. Нет больше МВД, есть большой закрытое акционерное общество, в котором все продается и покупается.
– Ты что, Абрамов? Ты случайно меня не записал в члены этого общества? Мы с тобой знакомы лет пятнадцать, если не больше. Ты сам знаешь, как я живу в простой двухкомнатной квартире. У меня нет ни дачи, ни коттеджа. Я такой же, как и ты, пахарь, который поднялся с самых низов.
Абрамов на какой-то миг увидел совершенно другого Феоктистова, не как заместителя министра, а как обычного сотрудника МВД. Глядя на него, он невольно согласился с его словами. За двадцать пять лет службы этот человек не заработал ничего того, чем владели многие граждане нашей страны. У него действительно не было ни коттеджа, ни дачи.
– Прости, Михаил Иванович, – произнес Виктор. – Я не хотел никого обидеть, а тем более вас.
– Так, значит, рано нам с тобой еще сдаваться? Насколько я знаю, министр на следующей неделе уходит в отпуск на две недели. Я, наверняка, останусь исполнять его обязанности. За это время подбери надежных людей для командировки в Махачкалу. Ты понял меня? Без Костоева не возвращайся, а если вернее, то без его показаний.
– Спасибо, Михаил Иванович, за доверие. Я вас не подведу. Я найду Костоева и развалю его до самой задницы.
– Вот и хорошо, Виктор. Сделай это, ведь победителей, как правило, не судят.
***
– Виктор Николаевич, вы сами подумайте, как я мог проверить эту информацию? Сами знаете, кто он и кто я? Я уже сто раз пожалел, что написал эту информацию.
– Хватит, Солдатов! Вы все делали правильно. Встречались с информатором, получали информацию, писали ее. Я согласен с вами, что писать, а тем более проверять информацию в отношении своего начальника, весьма рисковое занятие.
– Виктор Николаевич, скажите, как эта информация оказалась у вас? Я ведь это дело сдал в архив МВД? – поинтересовался у него Солдатов.
– Это совсем другая история, Андрей Александрович. Я тоже, как и вы могу хранить свои служебные тайны. Скажи, этот человек еще жив? С ним можно встретиться и переговорить? – спросил его Абрамов.