– Какие у тебя на рынке могут быть дела? Ты, что туман нагоняешь? – с легкой усмешкой, произнес Костоев. – Знаю я ваши дела с Рустемом.
– Слушай зверек! Ты язык-то свой придержи, а то смотри, отрежут его тебе, – с угрозой в голосе ответил ему Латыпов, продолжая осматриваться по сторонам.
Костоев засмеялся и посмотрел на своего собеседника.
– Слушай Ринат! Ты, что все время дергаешься, словно украл курицу? Скажи Рустем, здесь в городе или все бутылки с водкой у себя на складе перебирает?
– Ты фильтруй свой базар. Кто ты по жизни? Сявка безродная, солома, пропущенная через лошадь. Если бы не Рустем, ты давно бы опять месил грязь на зоне. Он тебе шанс дал подняться в этой жизни, а ты его здесь передо мной «парафинишь», как мальчишку.
– Так он здесь или нет? Ты, что ерзаешь, ответить, не в состоянии что ли? Если здесь, веди его сюда, поговорим о жизни.
Ринат повернулся и моментально исчез за спинами покупателей. Через минут двадцать он вернулся в сопровождении Рустема.
– Давай, отойдем в сторону, утрясем «непонятки» друг к другу.
– Давай, я не против этого. У меня к тебе много будет вопросов.
Они отошли в сторону от прилавков и Рустем, окинув взглядом рынок, начал говорить в полголоса.
– Слушай меня, «Чеченец»! Ты знаешь, что живешь на этом свете лишь благодаря мне. Если бы я тебе тогда не помог на зоне, тебя опустили эти москвичи или же закопали где-нибудь в навозе. Вспомни это! Когда ты откинулся, кто тебе протянул руку помощи, может твои друзья по воле? Нет, снова этим человеком оказался я! Скажи, кто тебя познакомил с Раей? Я! Это я дал тебе путевку в новую для тебя жизнь! Скажи, что это не так? Скажи мне, что ты сам мог подняться с колен в этой жизни, и я уйду и больше не стану предъявлять к тебе претензий?
– Извини! То, что ты для меня сделал, это я все с лихвой уже отработал. А теперь, давай, вернемся к нашей зоне. Кто поддерживал твой авторитет на зоне, мне кажется, что ты забыл об этом. Этим человеком, был я. Я решал за тебя на всех этих «сходняках», кого щадить, а кого резать. Я был твоей тенью, которая отводила от тебя все угрозы и оберегала тебя как от администрации колонии, так и от зеков. Только благодаря мне, ты выскочил из зоны условно-досрочно. Если ты все это забыл Рустем, то могу тебе об этом напомнить? Я сделал для тебя то, что не делал бы и не сделает ни кто другой. Ты помнишь, что ты мне говорил на зоне, когда учил меня воровским законам? Что самый страшный воровской грех, воровать у своих ребят. Так почему же ты, забыл об этом на воле?
– Ты что-то путаешь рамсы, «Чеченец». Я ни у кого и ничего не воровал, тем более у таких сидельцев и бедолаг, как ты, – словно оправдываясь перед ним, ответил Рустем.
– Может я бы и поверил бы тебе в очередной раз, если бы ты не попытался швырнуть меня на деньги.
– Здесь ты не прав, «Чеченец». Я же говорил тебе, что собирался приехать к тебе и рассчитаться с тобой. Поверь мне.
– Хорошо, пусть будет так, – произнес Костоев. – В последний раз поверю тебе.
– Тогда давай, пожмем, друг другу руки и будем считать, что конфликт улажен.
Они пожали друг другу руки и по-братски обнялись. Рустем обнял его за плечи и тихо заговорил:
– «Чеченец», есть одно дело. Плачу сразу же вперед наличными. Нужно срочно убрать одного человека. Цена – пятнадцать зеленью.
– Двадцать и деньги вперед, – твердо произнес он. – Нет денег, нет разговора. Можешь, тогда стрелять лично сам или вместе с Ринатом.
– Не шуми. Все понял. Двадцать, так двадцать, – ответил Рустем. – Я найду тебя. Будь в городе.
Он повернулся и направился к выходу. Вслед за ним, расталкивая покупателей локтями, устремился Латыпов.
***
Прошло несколько дней после последней встречи Костоева и Рустема. Каждый день Анвар приходил на рынок в надежде встретиться с Рустемом, но тот по какой-то причине в городе не показывался. В один из таких дней, он возвращался с рынка домой, так никого и не встретив. Около дома его неожиданно остановил участковый инспектор.
– Костоев, ты не забыл какое сегодня число? – спросил его сотрудник милиции. – Если забыл, то я могу тебе это напомнить.
– Нет, товарищ лейтенант, я все помню. Дайте мне еще недельку, и я решу эту проблему.
– Пойдем, поговорим, – предложил ему участковый. – Есть одно неплохое для тебя предложение.
Они вошли в полутемный подъезд дома и остановились на лестничной площадке. Оглядевшись и убедившись, что их никто не слышит, лейтенант произнес:
– Вот что, Костоев. Хочешь, чтобы я отстал от тебя, гони деньги, – произнес участковый инспектор. – Теперь, ты должен будешь каждую неделю платить мне по сто долларов США. Будешь платить исправно, я закрою глаза на то, что ты ранее судим, не работаешь и не имеешь паспорта, если нет, посажу. Надеюсь, ты понял мою доброту?