— Господин Хелик, — гаркнул уже из хранилища директор. — Вам же не терпелось разобраться с той штукой, которую вам принесли! Почему я должен бегать за вами?
— Дом слабоумия какой-то, — фыркнул смотритель и неприязненно передернул плечами.
Однако шаг прибавил, а вместе с ним поспешил и Фарлав. Уже в двери смотритель обернулся к сыщику, и тот напомнил:
— Я из Министерства магии, мне доступ одобрен.
— Хелик!
— Иду, — буркнул смотритель и перестал обращать внимание на «министерского». — Я здесь.
— Несите, о чем вы там говорили, — нетерпеливо произнес Глевер.
Смотритель что-то буркнул себе под нос и удалился, а Ариан приблизился к директору и его племяннице. Последняя выглядела настороженной. Она бросила взгляд на сыщика, и ему подумалось, что госпожа Мирсаль сейчас молится, чтобы «дешевка из лавки» оказалась именно тем, о чем говорил смотритель Хелик. Разговора Фарлава с ним девушка не слышала.
— Это оно, — тихо произнес Ариан. — Принес Таф и сказал, что перепутали место доставки.
— О-о-о, — протянул Глевер.
Он был вновь покрыт испариной. Промокнув платком пот с лица, директор уже не отрывал взгляда от двери, за которой скрылся Хелик, а Фарлав обвел взглядом место, где они оказались. Более всего оно напомнило библиотеку. Здесь стояли стеллажи с книгами, еще шкафы, дверцы некоторых оказались стеклянными, потому не скрывали содержимого. Там тоже были бумаги. Еще стояло несколько столиков, и за одним уже кто-то работал. Что до магических вещиц, то если они и были, то скрывались за одной из нескольких дверей, которые Ариан тоже приметил.
И пока он осматривался, вернулся смотритель Хелик. Он нес в руке небольшую шкатулку, при виде которой директор простонал и стер вновь выступивший пот рукавом сюртука. После кинулся навстречу смотрителю, выхватил шкатулку и откинул крышку.
— Оно, — вновь простонал Глевер, захлопнул крышку и прижал шкатулку к груди. — Благодарю! — воскликнул директор, возведя глаза к потолку. — О, благодарю!
Ариан протянул руку к бирке, привязанной к ручке на крышке шкатулке, и прочитал: «Драконье око». Все-таки Таналия машинально написала лишь половину своей ассоциации. Однако, что драконье яйцо, что драконье око — всё это было однотипным товаром, ныне наполнявшим лавки, потому что всё, что имело приставку «драконье» прочно вошло в последнюю моду, и мастера спешили заполнить прилавки товаром, на который имелся спрос. Так что ошибка помощницы директора стала причиной сегодняшнего дела.
— Выходит, если бы не Таналия, я бы зашел сюда по дроге к третьему уровню и увидел бы пропажу, не потратив столько нервов и сил, — произнес Глевер и обратил на племянницу гневный взор. — Нет, если бы не вы, то и всего бы этого не было!
— Господин Глевер, — позвал его Ариан, — закончите дела со мной, и я покину ваше учреждение.
Директор воззрился на сыщика, вздохнул и указал на дверь, ведущую на выход из хранилища. Мужчины вышли в этот раз одни, госпожа Мирсаль не последовала за ними. Наверное, если бы могла, то и вовсе покинула музей вперед частного сыщика. Однако она была на службе, и бедолаге только предстоял разговор с негодующим родственником.
Впрочем, это уже не касалось Ариана Фарлава. Он свое дело закончил с честью и даже быстрей, чем думал сам.
— И лишних трат бы тоже не было, — проворчал Глевер, когда мужчины отходили подальше от посторонних глаз и ушей. — Однако вышло, как вышло. — Он посмотрел на сыщика: — Благодарю за помощь, господин Фарлав, вы и вправду хороши. Сколько я вам должен?
— Так как всё разрешилось быстро, и мне не пришлось заниматься тем делом, ради которого вы меня пригласили полноценно, а лишь анализировать, то и возьму я с вас, как за консультацию. Подобное тоже входит в мои услуги. Пятьдесят рифлов, господин Глевер.
— Одну минуту, — ответил директор и, сунув Ариану заветную шкатулку, полез во внутренний карман.
Фарлав приоткрыл крышку и взглянул на вещицу, из-за которой поднялся весь переполох, и усмехнулся. На красной шелковой подкладке в выемке лежало самое настоящее золотое яйцо. Иной ассоциации артефакт не вызывал. Правда, сам Ариан бы вряд ли назвал его драконьим, но у Таналии Мирсаль голова была устроена иначе, или попросту фантазия оказалась развита лучше, и потому она подобрала это словосочетание.