— Отец был скрягой, — ответил Ариан, и девушка в удивлении округлила глаза.
— А это-то тут при чем?
— Нам непременно надо поговорить с Ильеном, — вместо ответа на вопрос сказал сыщик. — Но прежде я поработаю с нашей единственной уликой, — и он вытащил из кармана шкатулку.
Затем достал свою складную лупу, а из ящика стола добыл один из кристаллов, какие во множестве продавались в магических магазинчиках со всякой полезной в хозяйстве мелочевкой. После щелкнул по нему, и кристалл засиял. Удобно расположив его, чтобы свет падал на шкатулку, Ариан приступил к осмотру.
— Зачем вы забрали шкатулку? — полюбопытствовала Таналия. — Что увидели?
— Видите? — Фарлав указал ей на скважину для ключа. — Здесь царапины, что может означать лишь одно — замок вскрывали. Но я хочу разобрать шкатулку и замок, чтобы увидеть больше.
— Но вы же уже видите царапины, — возразила девушка.
— И они вовсе не означают, что замок вскрывали, — ответил сыщик. — У меня ощущение, что скважину поцарапали намеренно, возможно, как раз для того, чтобы указать на взлом.
Госпожа Мирсаль уместила кулак на кулак, сверху опустилась подбородком и замерла, с интересом наблюдая за тем, что делал ее начальник. Он на миг оторвался от своего занятия, скосил на помощницу взгляд и едва приметно улыбнулся. А потом уже не отвлекался.
Осторожно сняв крышку со шкатулки, Ариан отложил ее в сторону и осмотрел внутреннюю часть. Затем приподнял и внимательно оглядел шкатулку со всех сторон. Чему-то хмыкнул и вновь вернулся к изучению внутренней части.
— Как любопытно, — пробормотал сыщик.
— Что там? — тут же подалась к нему Таналия, но Фарлав отодвинул ее голову, даже не оторвав взгляда от шкатулки, и девушка фыркнула. Однако больше лезть под руку не стала.
Сыщик опять перевернул шкатулку кверху дном и теперь осматривал его торцы с особой тщательностью. Вдруг покачал головой и, усмехнувшись, достал из стола ланцет. Он вставил его между дном и стенкой, надавил, и дно шкатулки отделилось.
— Недаром господин Леффит был скрягой, — заметил Ариан. — Шкатулка сделана красиво, но плохо. Явно дешевая вещь. Смотрите, как легко ее разобрать, и никакой ключик не нужен. И вот эта вот дырка в обивке как раз и могла получиться в результате того, что кто-то проделал то же самое, что и я сейчас. То есть кольцо взяли, не открывая шкатулки.
— Ого! — одним весомым восклицанием оценила вывод сыщика его помощница.
— Ага, — усмехнулся Фарлав. — А теперь осмотрим и сам замочек.
— Осмотрим, — не стала возражать Таналия, и они продолжили разбор шкатулки на части.
А когда за окном сгустились сумерки, Фарлав и Таналия уже направлялись к дому Леффитов. Их ждала беседа с последним участником известных событий. Госпожа Мирсаль была сурова и хранила на лице непроницаемое выражение. Ни вопросов, ни спешки, ни даже вздоха, просто сама невозмутимость.
Ариан поглядывал на помощницу и изо всех сил старался сдержать подрагивание уголков губ, чтобы улыбка не показала, что забавляется. И дело в том, что воспитание необузданной натуры госпожи Мирсаль началось. Фарлав объявил, что отправляет ее домой, так как не может предсказать, когда закончится допрос младшего Леффита. Если будет поздно, то порядочной девице находиться в это время на улице дурно.
— Что? — захлопала ресницами сраженная его словами девушка. — Что?! — воскликнула она и вскочила из-за своего стола. — Вы хотите пойти без меня? Один?! А я? А как же я? Я ведь ваша помощница, я веду записи…
— У вас красивый почерк, Лия, — сделал ей комплимент Фарлав.
— Благодарю, — смущенно кивнула Таналия и вновь взвилась: — Не заговаривайте мне зубы!
— Тс, — шикнул на нее Ариан. — Как мне полагаться на ваше благоразумие, если вы не сумели выдержать и половины дня? Вы ведете себя, как малое дитя, а юным созданиям полагается в позднее время быть в своих постелях. И как ваш опекун…
Не успел он еще договорить, как госпожа Мирсаль уже сидела на своем месте и преданно смотрела ему в глаза.
— Я вовсе не дитя, господин Фарлав, — с достоинством ответила она. — И не стоит думать, что я неразумна, и не могу себя вести. Вы уже имели честь убедиться в обратном. Я ведь исполнила ваше поручение в точности и не подвела вас. К чему же сомнения?