- Я не гоня́юсь за титулованными мужьями, ваше величество.
- Я тоже ценю людей не за титулы, а за заслуги. Но как показала практика, воспитание в хорошей семье много значит. Присаживайся моя дорогая, вы наверно устали с дороги.
- Да. Далековато.
Братья Ричарда и братья короля вели себя сдержанно и корректно. Сью вела себя тихо и только иногда отвечала, когда к ней обращались, как советовал ее муж. Ричард уже немного понимал ее, ее заинтересованный блуждающий взгляд. Он принес ей бумаги и карандашей из их багажа. Сью се́ла в кресло в углу гостиной и рисовала красоту убранства, комнатные цветы. Мужчин в красивой одежде, слуг в униформе. Красивые лучи заката, проникающие сквозь легкие шторы. Сью уже не обращала внимание на мужчин, перешла в другую комнату, потом в следующую. Ходила и рисовала то, что радовало глаз, потом ушла в сад.
- Она всегда такая? – спросил король у Ричарда.
- Да.
- Я думал она буйная, шумная, порывистая.
- Это ошибочное мнение. Она тихий ребенок.
- Она рисует?
- Да.
Он подошел к углу, где до этого сидела Сью, взял с кресла ее рисунки и показал Карлу.
- Надо же. Можешь их оставить?
- Конечно.
Король рассматривал изображения.
- Чем она рисует? Так точно и детально.
- Ничем, смотрит и касается листа. Может зарисовать и свои мысли.
- Вы общались со святым отцом? Может она святая или наоборот ведьма?
- Не стоит впутывать в это церковь. Это наша маленькая семейная тайна, пусть рисует. Она не ведьма и не святая, обычная девушка, наделенная талантом.
- Детей заводить планируете?
- Мы над этим работаем.
- А какая она в постели?
- Еще не разобрался.
- А можно я ее поглажу, потрогаю. Без секса.
- Прости Карл, нет. Она серьезная девушка и не приемлет такого отношения. И я ее в этом поддерживаю.
- Жадный.
- Да, и ревнивый, - улыбался Ричард.
- Он даже нам не дал ее попробовать, - сказал брат Ричарда.
- Да ты что? – удивился король.
- Это исключительно моя жена, Серга́н. Мы об этом уже говорили.
- Половина столицы хочет эту женщину, она случайным образом попадает к нам, и мы даже не можем ее потрогать.
- Я не буду это обсуждать.
- Ты весь в отца, такой же упертый.
- Сочту за комплимент.
- А подсмотреть за ней можно? Хочу увидеть ее голенькой.
- Нет.
Король удивился. Он рассчитывал на большее, а тут такой облом.
- Хорошо, а перекупить ее я могу? Будет моей фрейлиной.
- Прости, Карл. Продавать ее не намерен.
- Мы можем поменяться ночью, она не поймет. Я не буду в нее кончать.
- Карл, я не дам мою девочку никому, даже вам, даже на одну ночь. Она другая, не такая как наши женщины. Она никогда не простит, а я не посмею ее обидеть.
- Она была у южан, думаешь, они ее не брали?
- Я не буду ее об этом просить или предлагать. Если бы она сама этого хотела, я бы еще подумал. А так, я даже рад, что она такая. Мне в ней это нравиться. Я пойду, гляну как она там.
Ричард ушел, Серга́н сказал:
- Можно после смерти отца попытаться аннулировать дарственную через суд, он незаконный сын.
- Нет, - сказал король, - во-первых, это не по-братски. Во-вторых насколько я знаю, жена не является частью наследства. После смерти купившего, она переходит во владение другим братьям, и если они от нее откажутся – во владение ближайшим родственникам.
- Она перейдет дядям?
- Да, если суд признает дарственную на Ричарда незаконной. Суд можно подкупить, если человека уже нет, но в этом нет смысла. Вам она не достанется. Все что вы можете – это уговорить вашего упертого братца продать ее вам.
- Продать? Она и так часть нашей семьи.
- Я имел в виду, что может быть, деньги его заинтересуют больше, чем девушка. Насколько я знаю, он никогда не проявлял к женскому полу интереса.
***
Ричард нашел Сью возле большого фонтана с плавающими в нем птицами. Птицы были ручные, подпускали к себе близко, не боялись. Сью с восторгом общалась с ними и рисовала.
- Потрясающе. Ощущение, что они меня понимают. Такие фотогеничные птички, яркие такие. На фоне падающих капель воды смотрится восхитительно.
Он брал ее рисунки.
- Да, красиво, но у меня ощущение, что ты рисуешь не так, как оно есть.
- Да, мне говорили. Я вижу иначе, немного.
- У тебя все получается несколько приукрашенным. Но ты не слушай даже меня. Рисуй, как тебе нравиться. В твоих картинах больше жизни, больше света и радости, чем в реальной жизни. Смотря на них, и сам радуешься, наполняешься этим светом. Как будто эти картины освещают душу, пробуждая в ней лучшие чувства.