Я знал, что Клим если уж любит, то всем сердцем, поэтому недельная разлука с его девушкой была для него трагедией. Однако, он не показывал свои чувства всем, для окружающих он был весёлым мальчиком. Пожалуй, он - единственный, который ни разу не изменял своей любви. И это меня в нём удивляло.
Помню, как однажды я задал ему вопрос:« Как можно быть таким верным, когда рядом столько красивых девушек?», на что он ответил:« Когда ты по-настоящему любишь, твои глаза затмевает, и ты никого не замечаешь кроме неё... той, которая стала для тебя всем, той, которая заменила тебе воздух, той, которая одним взглядом может вызвать бурю внутри тебя». Тогда-то я понял, что совершенно ничего не знаю о любви. В принципе, я и никогда не любил, лишь желал...
Спустя какое-то время мы вышли к пруду. На удивление, там было невероятно спокойно, а в атмосфере царили идиллия и умиротворение: по водной глади, словно на льду, скользили белые и чёрные лебеди, над водоёмом склонились печальные ивы, ограда вокруг пруда была усыпана множественными разноцветными замочками, на которых молодожёны написали свои имена.
- Смотрите, лебеди! - по-детски воскликнула Эмили. На лице у неё читался восторг, будто она никогда не видела подобных птиц. - Давайте подойдём поближе, я хочу посмотреть на них!
- Эмми, ты что, никогда не видела лебедей? - вскинул бровями шатен, следуя за мчащейся к водоёму подругой.
- Только на картинка в Интернете, - потупила взгляд брюнетка, краснея.
Мы молча уставили на неё свои удивлённые глаза, прося объяснений.
- Понимаете, когда мне был год, мама отвезла меня в Таджикистан. Там, под Душанбе, бабушка купила дачу. И все свои девятнадцать лет я прожила там, не видя ничего, кроме жаркого солнца и дворовых ребят. И только пол года назад я вернулась в Россию.
- Ого, - присвистнули мы в конце рассказа. Никогда бы не подумал, что Эмили всю жизнь провела в Азии. И, если честно, это первая девушка, заинтересовавшая меня.
Ведь, по своей сущности, сейчас очень редко встретишь индивидуальных личностей. В основном все копируют своих кумиров, совершенно забывая о том, что оригинальность куда важнее. К сожалению, мало кто это понимает и ценит.
После мини-рассказа знакомой мы окунулись в молчание. Каждый из нас думал о чём-то своём, смотря то на заходящее солнце, то на детей любви, то на прохожих.
Я, облокотившись локтями на заборчик, наблюдал за небольшой группой подростков: две девочки, лет четырнадцати-пятнадцати и два мальчика, на вид им было не меньше шестнадцати.
Пацаны были одеты очень странно: один был в чёрной кожаной куртке с шипами на плечах, тёмных потёртых джинсах, в чёрных кроссах, и в чёрной футболке, также в ушах, на губе и в носу виднелись серебряные серьги, - по всей видимости, он был готом.
Другой выглядел иначе: весь в татуировках, в белой футболке, которая просвечивала его идеальное спортивное тело, светлых джинсах и синих кедах.
Девочки на фоне таких «альф» казались хрупкими и беззащитными: у первой волосы были цвета огня, нос картошкой, тонкие губы, впалые щёки, на которых виднелись веснушки, она оделась в зауженные джинсы, в жёлтую футболку со Спанч Бобом, синие кроссовки, а на запястьях было много браслетов.
Вторая девочка сильно отличалась от своих друзей: её волосы были какого-то пепельно-пшеничного оттенка, нос был прямым, но немного задран кверху, губы незнакомки показались мне лепестками первоцвета, такими же бледными и пухлыми, её нежно-голубое кружевное платье предавало ей утончённости и женственности, на правой руке я увидел серебрянные часы на цепочке, она была обута в белые балетки.
Весело болтая и смеясь, они медленно подходили к нам. И чем меньше между нами было метров, тем больше я мог услышать. В основном ребята обсуждали разных знаменитостей, новинки фильмов.
Затем русоволосый паренёк с каким-то ирокезом на голове поцеловал в губы рыжеволосую девочку и шлёпнул по попе. По её лицу стало видно, что ей это нравится. Она закусила нижнюю губу и пошло улыбнулась ему.
- Ми, давай сегодня пошалим? - предложил русоволосый парень с кучей тату тому самому Первоцвету, что выделялся из всей этой группы ребят.
- Ты чего? Мне же всего четырнадцать! - пропела пепельно-русая девочка, уставив на друга свои удивлённые синие глазки.
- Ну, когда-то же пора становится взрослой.
- Я боюсь... А вдруг, это больно...
- Не бойся, это очень приятно. Тебе понравится, - соблазнял парень. Ох, как же ему хотелось испортить этот цветок.
- Ну, давай в другой раз!
- Нет. - Неожиданно он остановился, его лицо напряглось от злости, а рука со всей силой ударила щёку малышки, которая в мгновенье обрела цвет заходящего солнца. - Я хочу тебя сейчас, сука!