В вечер, когда она решила осуществить свой план, она стояла в темно-красном нижнем белье. Сверху закрывались плечи, едва достигая ключиц, а низ прикрывал интимные места тканью, спускаясь спереди и сзади. Темные прозрачные рукава, акцентные вставки в наряде придавали образу свою перчинку, которая не очень нравилась девушке. Если бы в комнате в этот момент была Сноу, то сначала бы сильно удивилась виду «тёти», но сразу же бы пыталась образумить девушку. По-своему: с холодной головой, возможно, с использованием своих сил. Но, к счастью или нет, девушки в комнате не было, поэтому никто не мог помешать планам Василисы.
Взглянув на себя в последний раз в зеркало, девушка надела на себя халат, туго завязав узел на поясе.
«Надеюсь, что Горану это понравится».
С этой мыслью она несмело направилась в мужское общежитие через некоторые ходы, стараясь не попасться на глаза дежурным. Всё пугало, хотелось вернуться, но лишь мысль о встрече с молодым человеком её грела. Чем могла обернуться её авантюра – Василиса до конца не понимала, но случившееся в комнате было совсем не тем, что ждала она…
Горан со скоростью света выдернул с кровати покрывало и быстро накрыл им девушку, полностью окутывая. Лишь после этого он смог выдохнуть, успокаивая внутренних демонов, а девушка хотя бы немного «ожить». С её глаз продлились первые слёзы.
- Теперь я требую ответа: что за чёрт ты устроила? – от нахлынувшего возбуждения осталась лишь капля. Вместо этого у него проснулся невесть откуда появившийся инстинкт родителя, который просто требовал жёсткого разговора с девушкой и осуждения её действий! Но…
- Я… Я хот-т-тела сд-делать как… Как лучше, - Василиса всхлипывала с каждым словом. – Чтобы… Ч-чтобы тебе сделать…
Горана как будто облило холодной водой. Глупенький цветочек решил таким образом скрасить его вечер! Но так ли, на самом деле?
- Ты действительно подумала, что ты ко мне придёшь в таком виде, а мне это поможет? ТЫ поможешь расслабиться?
Всё больше и больше хозяин комнаты вглядывался в эмоции девушки. И чем дольше, тем понимал: да…
Тяжело вздохнув, парень продолжил:
- Цветочек, я всё понимаю. Нам всем сейчас не легко. Встречи не такие частые, как хотелось бы. Общение только в чате. Но не идти же во все тяжкие? Переступать через себя, чтобы… Чтобы что, Василис?
- Я под-думала, что… Тебе понравится эта инициатива… - Василиса заминалась с ответом. Щёки уже покрывались красными пятнами от стыда, если не всё лицо. Всё… кажется, что сейчас в мыслях молодого человека она стала распутной девицей. Да, в его вкусе, но…
Не совсем так. Как бы не хотел Горан, чтобы девушка оказалась скорее под ним, он ценил её чистоту и непорочность. Всё успеется, когда же сама пассия будет к этому готова. Сейчас же… Оставалось только держать самого себя и оберегать от своих фантазий невинную девушку.
- Я оценил… - пробурчал дракон, осматривая с ног до головы окутанную в одеяло Василису, которая… Улыбалась сквозь слёзы! Едва не смеясь!
- Что смешного? – не понял он, увидев непонятную реакцию девушки. Только что она стояла ни жива, ни мертва, а теперь чуть не смеётся! С одной стороны, Горана успокоило, что, всё же, девушка хотя бы немного, но испугался, что её испуг перерос в истерику.
- Ты знал, что милый, когда злишься? - Василиса слегка наклонила голову, вглядываясь в лицо молодого человека. И в этом она не солгала: не контролируя себя, Горан от злости надувал щёки, что ни сколько, по мнению весенней девушки, не портило серьезный образ парня. Пока что, это было единственным, что отвлекало её от неловкой ситуации, которую она же сама и устроила.
На вопрос гостьи Горан улыбнулся.
- Никогда об этом не задумывался. – задумчиво произнес он. - Всегда казалось, что выгляжу угрожающе.
- Временами, и очень милым, - стерев слезы с глаз, девушка спокойно улыбнулась. – Да…
Парень вздохнул, покачав головой, но затем, без предупреждений, поднял на руки Василису вместе с одеялом и нежно прижал к своей груди, словно маленького ребенка. По ощущениям, так и было: маленький, несмышлёный ребёнок, которому ещё много чего стоит ещё рассказать. А пока… Пока оставалось только обнимать от всей драконьей души.