Он не был знаком с женщиной давшей ему жизнь, но уже то, что она избавила его от участи быть воспитанным Резенвудом, заслуживало, по меньшей мере, благодарности.
- Все то время, что Анна находилась у нас, она то приходила в себя, то вновь впадала в беспамятство. Из ее спутанных речей нам ничего нового выяснить не удалось. На третий день ее пребывания у нее начались схватки, к вечеру в тяжелых муках родился ты. Во время схваток, превозмогая боль, она молила об одном, что если с ней что-нибудь случиться, чтобы мы воспитали тебя как своего сына. И ни при каких обстоятельствах никто не должен знать о твоем существовании. Особенно Томас Резенвуд. Нам пришлось дать ей такую клятву, тем более что мы с Колином были уже не молоды, и врачи вынесли жестокий приговор - у нас никогда не будет своих детей,- она на минуту замолчала, восстанавливая в памяти ход событий.- К тому времени нам удалось кое- что выяснить о герцоге. Может, он и любил твою мать когда-либо, но больше всего он любил деньги и власть. Он планировал жениться на другой, будучи женатым на твоей матери,- Эделина задумалась, вспоминая имя девушки, но не вспомнила.- Если мне не изменяет память, его двоеженству помешал твой дядя, Роберт Лазенвиль. За что и поплатился жизнью. Он нарушил свадебную церемонию, сообщив, что герцог уже женат. Вообще, это очень темная история. Широкой общественности имя второй невесты не известно. Только слухи не знают преград, да и Анна говорила, что она из знатной семьи. По всему выходило, что должен разразиться грандиозный скандал, но на удивление все было тихо. Словно кто-то сверху приказал хранить молчание. Вероятно, Томас отделался бы легким испугом, затаись он, выжди время. Да вот беда, Томас оказался не из тех, кто смиренно уходит в сторону. Роберта нашли мертвым на помойке. Подозрение сразу же пало на Резенвуда, но прямых доказательств не было. На причастность Томаса указывало лишь его спешное бегство из королевства. Его объявили в розыск в связи с убийством, о двоеженстве, как это ни странно, все молчали. С тех пор он и не может остановиться. Однако мы отвлеклись. Во время родов присутствовали священник с юристом, так настояла твоя мать, когда с ней случались проблески разума. Тебя официально записали как герцога Герберта Резенвуда, а мы стали крестными родителями и опекунами. После родов Анне стало плохо, пришлось поставить ей укол. Она, казалось, успокоилась. Тем более что все эти дни никто ее не искал. Но видно Резенвуд изрядно попортил ее психику, потому что только так можно объяснить очередной приступ безумия, случившийся с ней ночью. Она сбежала. Ее побег был обнаружен, лишь спустя несколько часов. Брошенные на поиски люди, не смогли найти ее живой. Через три дня в новостях сообщили ужасные вести. В пятидесяти километрах к северу от нашего поместья, в лесу, на пути к селению Холденхил, найден труп женщины, до неузнаваемости истерзанный дикими животными. От нее почти ничего не осталось. Ты же знаешь, мы живем уединенно. Места у нас глухие, дикие. Удивительно, как она до нас добралась живой.
Герберт был вынужден согласиться с матерью. Край, в котором они жили, славился своей отдаленностью от больших городов и селений, а так же не проходимостью лесов, дикими зверями. Многие приезжали в их места поохотиться, но жить в такой глуши соглашались единицы.
- Труп нашли наши люди и сообщили в полицию. Колин лично руководил поисками. Помня обещание, данное твоей матери. Защитить тебя от Томаса. Мы постарались сделать все возможное, чтобы найденное тело женщины не связали с нашим поместьем.
- Ты уверена, что это была моя мать?- спросил он, боясь услышать ответ.
- На трупе нашли ее обручальное кольцо, с гравировкой. Твои дед с бабкой опознали его. Тебя же сочли умершим в утробе матери. Помог начальник полиции Холденхила, кузен Колина. Кстати он же присутствовал и на твоем рождении. Юстас был в курсе дел, и его помощь при оформлении всех бумаг была бесценна. Дело закрыли. Твой дед пытался выяснить, каким образом Анна оказалась в этих местах. Ответ на этот вопрос никто не мог дать, кроме самого Томаса, но он исчез. Резенвуда объявили в розыск. С тех пор так его и ищут,- она горько ухмыльнулась.- Мы с Колином приняли решение усыновить тебя. Юстас, как я уже говорила, помог нам с документами. В срочном порядке, мы уехали в путешествие на четыре года, по истечении, которых вернулись. Сообщили соседям и ближайшим родственникам, что, путешествуя, я, вылечилась от бесплодия и родила тебя в сорок лет. Всем сказали, что тебе три года, чтобы никто и никогда не смог связать тебя с той историей. Подожди, не перебивай,- она остановила Герберта, видя, что он хочет что-то сказать. – Мы были вынуждены пойти на такой шаг. Через месяц после нашего отъезда от брата Колина пришло письмо, в котором он сообщил нам, что человек похожий на Томаса Резенвуда крутился в наших краях, выспрашивая про молодую беременную женщину, недавно трагически погибшую от клыков животных. На наше счастье о твоем рождении в поместье знали немногие. Все посвященные были нам верны. Томасу ничего выяснить не удалось. Анна не хотела, чтобы ты достался отцу, и мы сделали все возможное для этого.