Клятвенно заверив Ее Величество найти и привести принцессу живой и невредимой, Анхелика, прихватив Колет, первым делом отправилась в покои принцессы. Именно там, по ее мнению стоило искать разгадку. По пути, она заставила Колет рассказать все, что делала принцесса с момента просыпания до ее странного побега. Едва девушка упомянула письмо от Вадембурга, как все стало на свои места.
Подозрения графини подтвердились, лишь она ступила за порог спальни принцессы. На смятых шелковых простынях лежали обрывки письма. Сложив их воедино, Гальвуд хоть и с трудом, но сумела прочитать содержимое злополучного послания.
«Принцесса, должен сообщить вам, что я не люблю вас, никогда не любил и никогда не полюблю. Не стройте на мой счет ложных надежд, чтобы там не говорил мой отец - король Стефан Вадембург. Мы никогда не будем вместе, даже если наши родители поженят нас. Меня тошнит от одной только мысли, что придется делить с вами ложе. Этот брак будет мучителен для нас обоих. Знайте, в моем сердце нет для вас места. Никогда не было и никогда не будет. Мое сердце отдано той единственной, которую я встретил на празднике «Любви, мира и согласия». Именно на ней я собираюсь жениться. И ничто и никто не сможет мне помешать в этом. Советую вам забыть меня. Так будет лучше для вас. Если вы встанете у меня на пути, то горько пожалеете. Насильно женив меня на себе, вы приобретете не друга, а врага в моем лице. До конца своих дней вы будете жалеть о коротком слове - ДА. Я никогда не буду вашим!
Принц Ричард Вадембург.»
- Святы боже, Майкл оказался прав,- Анхелика схватилась за голову. Она и представить не могла, что принц осмелиться написать подобное.- Как он мог?! Он же ее совсем не знает,- возмущению графини не было предела.
Колет, как лицо заинтересованное, выглядывала через плечо графини. Ей удалось прочитать первые две строки, прежде чем Анхелика собрала обрывки с постели. Гальвуд резко обернулась назад, чем напугала девушку.
- Кто-нибудь еще знает про письмо?
- Нет,- запинающимся голосом ответила Колет.
- Это хорошо. Никто не должен про него знать. Слышишь, Колет? Никто!- получив в ответ утвердительный кивок головы, Анхелика продолжала.- У тебя есть предположения, где искать Сюзанну?
- Ума не приложу,- она покачала головой.- Хотя!?- ее осенила идея.
- Ты подумала о том же, о чем я?
- "Голубое" озеро!- воскликнули они одновременно.
Не теряя больше времени на пустые разговоры, Анхелика направилась в ангар, прежде велев Колет оставаться на месте.
Глава 8.-3 Неожиданная встреча
Ближе к полудню, зайдя в комнату Эделины, Герберт испустил крик отчаянья:
- Не-е-ет!
Безжизненное тело старой маркизы возлежало, среди горы подушек, которые уже были не нужны. Рука, утратившая жизненный тонус, безвольно свисала с края кровати. Лицо изможденное болезнью, сейчас выглядело умиротворенным.
Молодой маркиз Колфорт, он же герцог Герберт Резенвуд по праву рождения, безвольно осел у подножия кровати, сжав в ладонях холодную руку матери. Сквозь набегающие слезы, он смотрел на женщину, столько лет считавшую его родным сыном. Ему ничуть не было стыдно за эту слабость. Ибо нельзя стыдиться любви к женщине, посвятившей ему всю себя. Он смотрел на приемную мать и думал о несчастной участи той, которая выносила и родила его, которую он никогда не знал и уже никогда не узнает. Они обе покинули его, отдав все силы на то, чтобы он стал хорошим человеком. И он не подведет их.
Ему захотелось закричать о своем одиночестве: «Один!»- кровоточило сердце,- «Я один!». Но во время вспомнил про Лайзу, от чего на сердце отлегло. Он не был одинок. У него была любимая девушка, на которую он мог положиться во всем, которая всегда была рядом с ним и в печали и в радости. Конечно, где-то живут родственники по материнской линии, но что он знает о них? Ничего! Как они отнесутся к его воскрешению? Герберт не знал. Об отце он и думать не хотел. Не зависимо от того, жив ли Томас Резенвуд, для него он был мертв!
Не смотря на обрушившееся, на него горе, он четко понимал одно: никто не должен узнать его настоящее имя. Разве что за исключением единичных лиц, тех, кто поможет ему в поисках отца. Найти Резенвуда для Герберта был отнюдь не сыновний долг. Месть двигала молодым герцогом, больше ничто.