Пораскинув мозгами, Родригес и компания пришли к малоутешительному выводу. Обвинить они никого не могут, не смотря на то, что факт отравления был на лицо. Осталось лишь радоваться, что членам королевской семьи и придворным чудом удалось избежать мучительной смерти. Следовало благодарить судьбу и Всевышнего за то, что доза токсина оказалась настоль велика, что пес издох раньше, чем кто-либо отведал торта. О своих выводах он, немедленно, сообщил королю. После чего сделал публичное заявление, в котором сообщил, что по независящим от поваров причинам, варенье пригодное в пищу, по неизвестным пока следствию обстоятельствам, оказалось смертельно опасным. Доказательств попадания яда непосредственно в торт, у следствия нет. А потому в случившейся трагедии никто не виноват, а значит все без исключения, могут быть свободны.
Герцог с Байроном свободно вздохнули. Сюзанна с Анхеликой, напротив, были возмущены результатом расследования. Принцесса хотела дополнительно высказаться, но король Джеймс оборвал на корню все ее попытки, велев удалиться в свои покои.
- Черт! Они все же выкрутились!- неистовствовала принцесса, покидая столовую.
- Ничего. Наш час не за горами. Будет и на нашей улице праздник. Надеюсь, когда он придет, все обойдется без жертв,- поддержала подругу графиня.
Глава 11.-7 О вреде сладкого
Еще несколько дней дворец лихорадило. На каждом углу то и дело обсуждалась, едва не случившаяся трагедия века. Как ни пытался король Джеймс, но информация просочилась в прессу. Журналисты осадили дворец. Чтобы положить конец, все нарастающим слухам, Джеймсу пришлось согласиться дать интервью для телевизионщиков и газет. Он сумел всех убедить, что никакого покушения не было. А был лишь несчастный случай. Журналистам пришлось ему поверить. Многие короли откликнулись, выразив поздравления с чудесным спасением от неминуемой смерти. Вадембурги не стали исключением. Стефан лично приезжал, чтобы убедиться, что с его друзьями все в порядке.
На всей планете, кроме банды Резенвуда, не разделял всеобщей радости еще один человек - принц Ричард Вадембург. О трагедии Амперлтонов он узнал от маркиза Раверса. Который влетел к нему, как угорелый, и на одном дыхании выложил о событиях в Ампетаке.
- Значит, принцесса едва не отравилась?- спросил он, расхаживая у себя в покоях.
- Да.
- Какая жалость!
- И не говори. Там все так перепугались. Анхелика мне все уши прожужжала, рассказывая, через что им пришлось пройти. Говорит, что они не скоро забудут пережитый ужас. Принцесса едва оправилась от шока, ведь первый кусок предназначался ей. Не вмешайся счастливый случай в образе собаки, сейчас мы бы сидели у них на похоронах,- Майкл так переживал за Амперлтонов, словно сам лично присутствовал в тот день во дворце.
- Я говорю жаль, что она не отравилась,- в голосе Ричарда не было и намека на сострадание.- Мне не пришлось бы на ней жениться. А так надо снова ломать голову, как избежать свадьбы,- он что-то еще хотел сказать в том же духе, но мощный апперкот слева, не дал ему договорить.
Проверяя, не выбита ли челюсть, Ричард ошеломленно смотрел на друга.
- Майкл, ты, что с ума сошел? Ты же мог мне челюсть сломать!
- Это я-то сошел с ума? По-моему это ты со своим эгоизмом лишился рассудка!- маркиз растирал зашибленные костяшки пальцев.- Как можно быть таким бесчувственным? Они там чуть ВСЕ не погибли, а ты думаешь только о себе. Как ты можешь желать принцессе смерти лишь за то, что она имела глупость влюбиться в тебя когда-то?- не дожидаясь ответа, Майкл решил просветить Ричарда об истинном отношении к нему принцессы, как к принцу.- Можешь успокоиться, Сюзанна ненавидит тебя и уже не горит желанием стать твоей женой. Из-за твоего дурацкого письма, она едва не утонула в Тейреке,- выкрикнул Майкл, хотя на языке вертелось "Голубое" озеро.- И в своем падении на Морских соревнованиях, она тоже винит тебя! Не смотри на меня так, я не предатель. Я не проговорился Анхелике. Принцесса сама пришла к верному заключению. Будь на то ее воля, она бы отменила свадьбу, но вынуждена покориться воле родителей.
- Откуда такие подробные сведения? Уж не от графини Гальвуд ли?- сарказм сочился с уст принца, а сердце согревала мысль, что ему удалось отвратить от себя принцессу.
- Не веришь нам, позвони принцессе сам. Уверен, она с радостью в самых сочных красках опишет, что думает о тебе!