Элизабет облегченно вздохнула. С ее души, словно, свалился тяжелый камень, когда она закончила рассказ. Что будет дальше, время покажет, а сейчас она ощущала себя легко, как никогда за последние годы жизни.
- Хм! Интересная история, но я так и не услышала от тебя кто же мой отец?
Мириам оказалась единственной, кто так и не понял, кем является, ее отец. Даже Сюзанна с Ричардом, не слышавшие историю герцогини Резенвуд и то, к концу рассказа королевы Элизабет, догадались, о ком идет речь. Ричард сочувственно посмотрел на мать. Сюзанна испытывала сострадание к будущей свекрови, но все так же отказывалась понять, почему Элизабет отказалась помочь ей разоблачить герцога, когда она обратилась к ней за помощью.
Агнесса с Джеймсом на миг почувствовали себя преданными, когда узнали, что Элизабет уже много лет знала о герцоге и не предупредила их. Королеве Амперлтон было в какой-то мере обидно, что ее лучшая подруга не доверяла ей. Впрочем, на миг, поставив себя на место Элизабет, они не смогли дать четкого ответа, как бы они сами поступили, окажись на ее месте.
Стефану стало многое понятно в поведении жены в первые годы их совместной жизни. Одно он не мог понять, почему она не доверилась ему потом, когда их союз окреп. Ответ возникал из ее рассказа. Она не хотела разрушить их семейное счастье, посчитав, что справится сама. Нет, он не станет упрекать ее, он выше этого. Как сказала его жена, он намного мягче Генриха и, действительно, понимает и прощает ее.
Если всем все стало боле менее ясно, то Мириам по-прежнему оставалась в неведении.
- Что же ты молчишь? Или ты забыла его имя?- маркиза с вызовом посмотрела на королеву.
- Нет, не забыла. Думаю, никто из нас не сможет его забыть. Твой отец успел многим принести несчастье. А имя его, ты прекрасно знаешь. Только ни в каких кошмарных снах тебе не могло присниться, что он твой отец. Его зовут, точнее, звали герцог Томас Резенвуд!
- Нет! Не может быть! Это не он! Только не он!
Мириам тяжело задышала и схватилась за живот. «Боже, я не должна нервничать. Я не должна потерять ребенка. Я его слишком люблю».
- Ребенок. Мой ребенок,- запричитала она уже вслух.- Доктора! Позовите доктора.
Немедленно был вызван врач, что присматривал за Элизабет, пока она находилась без сознания. Успокоительное, данное врачом, быстро подействовало на маркизу.
- Где он?- спросила Мириам, придя в норму.- Он жив?
- К счастью, для всех нас, он мертв. Странно, что ты ничего не знаешь. Эта новость, по-моему, облетела уже всю планету. Два дня назад, Ричард, освобождая Сюзанну из плена герцога, убил Томаса не без помощи его жены герцогини Анны Резенвуд, но это уже другая история. Твой отец был преступником и теперь наконец-то его злодеяниям пришел конец. Он мертв, как мертв и один из его приспешников, а над тремя оставшихся в живых через пять дней состоится суд.
ИСТОРИЯ БЛИЗИТСЯ К СВОЕМУ ЛОГИЧНОМУ ФИНАЛУ.
ЕСЛИ ВЫ ДУМАЕТЕ, ЧТО ПРЕСТУПНИКИ ЛЕГКО СМИРЯТСЯ С РЕШЕНИЕМ СУДА, ТО ВЫ НАПРАСНО ТАК РЕШИЛИ. ГЕРОЯМ РОМАНА ПРИДЕТСЯ ЕЩЕ ПОСТАРАТЬСЯ, ЧТОБЫ ИСКОРЕНИТЬ ЗЛО.
ЖЕЛАЮ ПРИЯТНОГО ЧТЕНИЯ!
Глава 23.-1 Суд
Септрин, день 27-й.
В зале суда, размещенного на первом этаже пятиэтажного здания главной тюрьмы королевства Амперлтон, чьи башни, служили предупреждением герцогу Хемптону, проходило долгожданное заседание по делу банды Резенвуда.
Трое заключенных в зарешеченном отсеке, под надежной охраной конвоя, ожидали исхода слушания, с надеждой на положительный для них результат. Напротив них располагалась трибуна с девятью присяжными, спрятанных за зеркальным стеклом. По центру третьей стены за массивным столом восседала судья. Справа от нее сидели секретарь и пристав, слева стояло кресло для допрашиваемого. Вся судейская коллегия была облачена в мантии темно-синего цвета с белым воротничком и манжетами.
Основную часть зала занимали ряды кресел слушателей, соратников, сочувствующих, заинтересованных и просто любопытных. Перед ними каждый за отдельными столами, обложившись бумагами и уликами, сидели справа адвокат, слева прокурор. Сразу следом за ними, обычно, размещались репортеры, но в этот раз, в виду государственной значимости процесса, кресла были заняты королевскими семьями: Амперлтон, Вадембург, Эдисон. Журналистов и телевизионщиков оттеснили назад.