- Ты у меня самая смелая девушка на Альвионе,- принц нежно провел ладонью по щеке Сюзанны. Взял в руку ее маленькую кисть и поцеловал ладошку.- Прости меня,- он собрался опуститься на колени, но Сюзанна успела удержать его.
- За что?- удивленно спросила она, ведь все точки в их отношениях уже были расставлены. Неужели, что-то еще произошло, за те дни, что они были в разлуке?
-Тебе столько пришлось пережить и по моей вине в том числе. Иногда мне, кажется, что я не достоин твоей любви.
- Может, хватит уже об этом. Ричард, ей богу, я рассержусь. Твои сомнения причиняют мне боль. А помнится, ты обещал, что я больше не буду страдать по твоей вине.
- Прости. Просто я так сильно люблю тебя, что боюсь потерять. Моя принцесса Амперлтон, - ее фамилию он произнес с особым смаком, стирая из памяти пренебрежительное - Амперлтонка.
- Я тоже люблю тебя, мой принц Вадембург, и будь, уверен, никуда от себя не отпущу,- ее глаза, завораживающе, смотрели прямо в его душу, в то время как, она аккуратно наматывала галстук Ричарда на свою ладонь, пока его голова не склонилась к ее лицу близко-близко.- Ты мой, а я твоя, навеки.
Сюзанна с упоением почувствовала губы любимого на своих устах, всецело отдаваясь их власти. Ричард углубил поцелуй, на что она ничуть не возражала. Благо поблизости никого не было.
- Я никому не позволю встать между нами,- произнес принц, покрывая ее лицо невесомыми поцелуями. Подобным касаниям крыльев бабочки.
- А мне никто другой и не нужен, - отвечала она, скользя ладошками по его широкой спине, тесно прижимаясь к крепкому мускулистому телу.
- Я знаю. И безмерно этому рад.
- Тебе не кажется, что слишком тихо?- спросила Сюзанна, нехотя отстраняясь от жениха.
- Пожалуй, ты права,- согласился с ней Ричард, прислушавшись и, не уловив шума толпы.
Звенящая тишина окутала их со всех сторон. Бросив взгляд на часы, они поняли, что увлеклись собой, и заседание началось уже, как минут пятнадцать.
Глава 23.-5 Суд
Они тихонько вернулись на свои места, но при этом все-таки привлекли к себе внимание половины зала заседания. Судья Бартонс быстро навела порядок во вверенной ей вотчине, не преминув строго посмотреть на молодых людей.
- Как у нас дела?- шепотом поинтересовалась Сюзанна у короля Джеймса, стараясь не вызвать очередного неодобрения со стороны судьи.
- Белами только готовится к речи. Эти,- Джеймс метнул взгляд на скамью подсудимых, - свою вину не признали. Последнее слово Валдена в защиту мерзавцев было таким слабым, что мне кажется, Уильям может и не говорить свою речь. Победа, неоспоримо, за нами.
Им пришлось прервать диалог, так как прокурор встал с места и готовился произнести заключительную речь.
- Дамы и господа, мы только что стали свидетелями безоговорочного подтверждения вины Питера Крайзера, Дугласа Байрона, Мишеля Колизи. Каждый из них в той или иной мере действовал против королевской семьи Амперлтон, а значит, и против всего королевства. Возглавляемые опасным преступником Томасом Резенвудом, разыскиваемым сразу несколькими королевствами за свершенные в них преступления, вы и покойный барон Гарри Фиксвайльд, намеревались свершить переворот, незаконный захват власти. Несколько лет вам удавалось носить личину добропорядочных граждан, не забывая устраивать заговор за нашей спиной. Сколько не раскрытых преступлений осталось еще на вашей совести, суду, к сожалению, не известно. Вам и здесь бы удалось выйти сухими из воды. Лишь одна хрупкая девушка - принцесса Сюзанна Амперлтон, смогла остановить вас. То, что не удавалось умнейшим сыщикам планеты, на протяжении двадцати с лишним лет, удалось ей.
- Черта с два, ей удалось бы, не влюбись в нее Томас, как глупый мальчишка,- выкрикнул со скамьи подсудимых Крайзер. Он понял, что терять уже нечего, так решил подпортить им радость победы.- Резенвуд просто помешался на принцессе, как когда-то в свое время на королеве Вадембург. Будь он таким, каким я его встретил после убийства Роберта Лазенвиля, никому бы из здесь присутствующих не поздоровилось. Вам ведь известно, какие мы с ним дела творили! Байрон с Колизи не свершили и малой толики того, что проворачивали мы с Томасом.
Крайзер настолько разгорячился, что не слышал удара судейского молотка, призывающего его к тишине. Он еще минут пять бахвалился своими прошлыми деяниями, пока его не осадили сотоварищи, когда речь зашла о них.