К ее неудовольствию, король Амперлтон смешал все планы.
- Сюзанна, что за домыслы? Кому может придти в голову мысль покуситься на мою жизнь?- изумился король Джеймс, который за пять лет затишья забыл о временах, когда вопрос, поставленный Сюзанной, вызывал не усмешку, а серьезные подозрения и решительные действия со стороны охранного отделения.
- Нет, Ваше Высочество. Механик осмотрел капсоид сверху донизу, других повреждений нет. Жизни Его Величества ничего не угрожало, потому что без вырванных проводов капсоид не взлетел бы.
- Спасибо, вы меня успокоили,- солгала она, потому что на душе, по-прежнему, было не спокойно.
Спустя какое-то время, народ разошелся по своим покоям. Сюзанна с Анхеликой последовали их примеру.
А утром, король Джеймс спокойно улетел на острова-любви, чтобы завершить подготовку к празднествам. По истечении трех дней, он вернулся здоровый и невредимый. За ужином король сообщил, что приготовления будут закончены к назначенному сроку и 15-го жаргила (7-й месяц в году, второй месяц лета, прим.автора) они отправятся на праздник "Любви, мира и согласия". Ждать осталось около двух недель.
Глава 4.- 4 В ожидании бала
Жаргил, день 1-й.
На, ярко освещенной полуденным солнцем, террасе стояла за мольбертом принцесса в накинутом поверх простенького домашнего платья фартуке и нарукавниках. Широкими мазками кисти она пыталась написать на холсте дворцовый парк, в ослепительных лучах солнца, по-крайней мере, ту его часть, что была видна из ее покоев. Картина вышла бы особенно натуралистичной, если бы не Анхелика, все время пытающаяся попасть в поле зрения Сюзанны.
Графине уже, который день хотелось откровенно поговорить с принцессой, об их недавней тайной миссии, но принцесса всячески уклонялась от разговора. Даже вспомнила про мольберт и краски, прикрываясь творческим процессом, чтобы не отвечать на неудобные для нее вопросы. Терпения Анхелики хватило не надолго.
- Сюзанна, я уже который день мучаюсь вопросом. А правильно ли мы поступили, утаив от короля замыслы герцога?
Кисть дрогнула в руках принцессы.
- О каких замыслах ты говоришь?- прикинулась дурочкой Сюзанна, но крайне неумело, так как в голосе сквозила настороженность.
- О тех, что мы предотвратили три дня назад.
- А-а-а, об этих!- стараясь, как можно равнодушней, протянула Сюзанна.- Конечно, правильно,- ответила она и как ни в чем, ни бывало, стала дальше рисовать.
Полиция не нашла улик ни против герцога, ни против них. Последнее обстоятельство ее радовало, а вот первое огорчало принцессу, но об этом она предпочитала молчать, чтобы не подвергать никого опасности.
- Ты в своем уме, подруга?- почти вскричала графиня, поражаясь спокойствию принцессы.- Герцог чуть не убил короля, а ты…А-а-а.
Спокойствие Сюзанны было мнимым. Руки сотрясало мелкой дрожью, которую Анхелика из-за мольберта не видела. Ей самой до сих пор не давал покоя герцог. Сомнений нет, он понял, кому обязан провалом своих планов. Хоть ему и не удалось бросить тень подозрения на причастность подруг к ночному налету на королевский ангар, но, вряд ли он сомневался, что не обошлось без их вмешательства. Если рассказать обо всем отцу, значит выдать себя, а доказать они ничего не смогут. Что стоят их слова, против слов эксперта, который, скорее всего, является человеком герцога. Она должна молчать до поры до времени, пока не соберет достаточно доказательств против министра.
- Ни за что не угадаешь, кто мне недавно звонил,- попыталась сменить тему Сюзанна, чем вызвала явное неудовольствие Анхелики. Перечить подруге она не стала, полагая, что еще вернуться к прерванному разговору.
- Откуда?- буркнула графиня и закатила под лоб глаза, поражаясь легкомыслию Сюзанны.
- Его Величество Шеннон Сеймон.
- И что он хотел? – Анхелика нехотя поддерживала разговор.
- Понятия не имею. Я спала. Это было в день приезда Вадембургов. Хотя не трудно догадаться. У него все мысли об одном, как сблизиться со мной.
- Чем не запасной вариант для «Бал-маскарада»? Шеннон мог бы составить тебе пару.