Его брови вопросительно взлетели на лоб.
И зачем я ему жалуюсь на жизнь? Зачем выкладываю всю подноготную?
Но остановится я была уже не в силах. Да и зачем? Он ведь всё равно не вспомнит об этом утром… наверное.
– Ну а что тут разъяснять?! Ты посмотри на себя и меня. Да ты на меня даже не взглянул бы, не то, чтобы влюбиться с первого взгляда. Серая мышка. Груди первого размера, попа плоская, на лицо ничего особенного. Для подката точно нет данных…
– А мне кажется, что ты недооцениваешь себя, – хриплым голосом ответил он.
– С чего это ты решил? – не поняла я его.
Вздохнул… лёг рядом, притянув меня и обняв, как плюшевую игрушку, а головой уткнулся в волосы, вдыхая их аромат.
– Неужели до сих пор сомневаешься?
– Да…
Выругавшись себе под нос, он схватил мою руку и приставил к своему стояку?..
Да ладно… не может быть. У него и на меня?.. Не верю.
– Кажется, ты до сих пор мне не веришь? Придётся доказывать, – улыбается он, и я теряюсь в его поцелуе, а затем и во всём остальном.
Наверное, я никогда не получала столько удовольствия от секса, как сегодня и, как бы иронично не звучало, во сне.
– Надеюсь, я в голос не кричала, пока сплю. Иначе придётся как-то объяснять девчонкам свои стоны во сне…– смущаясь, утыкаюсь ему в грудь, поглаживая кубики пресса.
– Можешь мне обещать, что не съедешь от мужа до своего дня рождения? – лежит, поглаживая мою руку, но я словно чувствую его напрягшееся в ожидании моего ответа тело.
– Зачем? Не делай этого со мной… – всё же слеза скатывается по щеке. Он вытирает её своим поцелуем.
– Дай мне только месяц, пожалуйста.
Молчу, наверное, слишком долго, но всё равно отвечаю:
– Хорошо, только месяц…
Поцелуй. Страстный, от которого у меня срывает крышу и, кажется, не у меня одной.
Слышу голос, зовущий меня и… открываю глаза. Уже не вижу, как он пытается схватить тающий силуэт и ударяет в гневе подушку, выругавшись трёхэтажным русским могучим языком.
*****
– Мама, поехали сегодня в кино-о-о-о! – канючили дочери. – Ну каникулы же, хочется как-то погулять. Подруги, блин, все разъехали-и-и-ись…
– Хорошо.
– Ура-а-а-а! – обрадовались они.
Чтобы нормально погулять вроде есть тысяч пять, должно хватить. Скопила, пока работала няней за гроши, но ушла, не выдержала прессинга со стороны хозяйки. Маленькая зарплата тоже не радовала.
Меня неосознанно передёрнуло. Я устала. Буду пытаться искать что-то другое.
– Так, мама, одеваемся и идём в кино. Затем погуляем. Сходим в Икею, там мороженое не дорогое, но вкусное, – поделились планами дочери.
– Ну, я не против, – улыбаюсь им, – даже накрашусь, чтобы поприличней выглядеть рядом с вами.
– Ма-а-а-ам! – два возмущённых голоса, – ты ведь очень даже хорошо выглядишь. Не замечаешь, как смотрят на тебя мужчины.
– Почему не замечаю? Очень даже замечаю, как смотрят старые хлыщи… – и смеюсь, когда опять слышу возмущённое шипение дочерей.
Фильм «Аквамен» мне очень понравился. А какой мужчина главный герой… Даже денег не жалко было отдавать. Повеселись мы знатно. Нам давно нужна была разгрузка. Всё же последний год, и нагрузка в школе у обеих та ещё: старшая одиннадцатый заканчивает, младшая девятый. Хоть немного расслабились.
Идём в Икею, покупаем мороженое (по две штуки для каждой из нас!) Смеёмся от удовольствия и расслабляемся от всеобщего рождественского мандража. Хочется отдохнуть и отпустить всё от себя, все проблемы, все несбыточные мечты, но я не могу до конца этого сделать. Обещание, данное Этасу, жжёт сердце червячком надежды, сколько бы я не пыталась отогнать от себя эти мысли.
С того дня, а точнее ночи, прошла неделя. Я стараюсь не смотреть на дни календаря, но взгляд всё время сам возвращается к нему, отсчитывая дни.
«Так, прекрати думать о нём, Эль, иначе испортишь веселье детям», – мысленный пинок вроде приводит мысли в порядок.
Мы с девочками садимся на скамейку, с удовольствием поедая мороженное, при этом шутим и веселимся. По крайне мере девочки, ну а я… пытаюсь.
Быстро разобравшись с десертом, дочери отошли в туалет, чтобы вымыть сладкие руки, я же осталась сидеть, потому что ещё не доела.
Неожиданно почувствовала, как с другой стороны скамейки кто-то подошёл. Он наклоняется, и я слышу шёпот над ухом:
– Привет, сон, – я вздрагиваю от его голоса и не могу понять, послышалось мне или всё же нет.
Боюсь повернуться. Боюсь до боли в груди, потому что задержала дыхание. Боюсь упустить его повторный шепот. Боюсь, что это лишь моё воображение.
Проходит, наверное, вечность, для меня так точно, и я чувствую, что он садится рядом со мной и тёплые руки уверенно хватают меня за подбородок, разворачивая моё лицо и меня накрывает лавиной чувств. Его губы и мои эмоции – смесь взрывоопасная и бесконтрольная, потому что я забываю обо всём на свете. Где нахожусь, что творю, а самое главное, что совсем скоро должны подойти девочки.