- Госссподин. Обессспокоен?
-Да, Ранка. Дела хуже некуда. Мою душу украли и запечатали в кристалле под названием Тюремщик, думаю, она по прежнему в Небывалии. Но суть в том, что без души Я беспомощен. Физическая сила на минимуме, как и магия, хотя думаю, что какие-то запасы манны со временем все равно восполнятся, но их не хватит на телепортацию. Поэтому, как только Я приду в чувство, а боль от ран полностью пройдёт, мы отправимся домой. – всё это время Ранка смотрела на Меня с жалостью.
- Никогда. Слышишь. Никогда не смотри так на своего Господина. Моё состояние временно. Всё скоро вернётся в норму,- она покорно кивнула и виновато опустила голову. После пошла к реке, отмыться от крови. Наверное, не надо было с ней так жёстко, ведь она искренне заботится обо Мне. Однако, возможно именно эта чрезмерная забота её и погубит.
Оставшуюся половину дня Я провёл в комнате на кровати. Нам выделили её на двоих с Ранкой. Однако, за всё это время она так ни разу и не зашла. Вечером Авила позвала Меня на ужин, который они решили провести на свежем воздухе. Причин отказаться нет. Возле дома горел приличных размеров костер, на котором старик готовил оленя. Он крутил его на вертеле и пел песню, но разобрать что-то было сложно. Авила и Вела сидели на бревне рядом и смотрели на языки пламени. Рядом с ними сидела и Ранка.
- Вы подумаете, чего она сидит? Она ведь ничего не видит. Но тепло то я чувствую - старуха протянула руку к огню - и знаете, порой слепые могут увидеть намного больше и заглянуть дальше, нежели зрячие.
Взор Мой принял очень скептическое выражение от философского высказывания Велы, но возможно в этом есть какой-то смысл. Я подошёл ближе. Ранка подпрыгнула, но успел схватить её за плечо:
- Сиди. Я погорячился в тот раз, на кого на кого, а на тебя я срываться не должен был, – сказал Я, но извинений так и не принёс. Однако,похоже, она Моё высказывание именно за них и приняла. Милая улыбка очень украсило её и без того красивое лицо. Вся компания также заулыбалась, вгоняя Меня в подобие смущения. Раньше Я всегда полностью контролировал эмоции и чувства, точнее подавлял их. Ну а если проявлял, то ради забавы или устрашения. А сейчас это сделать довольно трудно, но всё получилось.
Все приступили к трапезе. Мясо было просто невероятно! Не знал, что обычный жареный олень может быть настолько сочным и вкусным.
- Итак, вы так и не скажете, кто вы и откуда или это тайна? – невзначай спросила Авила
- Мы начинающие расхители. Наша родина далеко от здешних краёв. Кстати говоря, Я хотел спросить, насколько мы можем ещё остаться?
- Хех. Можете оставаться пока полностью не оправитесь, но нахлебников я не потерплю, будете помогать по хозяйству. – усмехнулся Булат.
- Хорошо, условия приемлемы. – Я развернулся и отправился обратно в дом. На сегодня все вопросы можно считать решёнными.
«Злобность мира, перед которой собственная злоба пасует, становится бессмысленной»
- Франц Кафка
Я уже давно не видел того луга и дуба. Это очень печалит. Но почему? Потому что всё начало меняться? Ведь если задуматься, то, как только Мне перестал сниться один и тот же сон, то жизнь повернула в другую сторону. Теперь Я уже не знаю, что будет завтра и это будоражит кровь. Но с другой стороны Мой дорогой покой утерян.
Сквозь крупные щели на крыше в глаза били лучи утреннего солнца. Я принял сидячее положение. Ранка спала на полу поперёк кровати, в обнимку со старым потрёпанным тряпичным зайцем. Время идёт, а она всё не меняется. На лице выступила искренняя улыбка. Её беззаботный детский сон придаёт какой-то радости, и уверенности что всё будет хорошо. Из одежды на ней были только серые штаны, которые не доходили до колен и майка, закрывающая лишь грудь, а руки и торс были открыты. Всегда удивлялся, как она умудрилась накачать такой пресс? Вероятно, тренировки были суровыми, Мне такие даже и не снились. Ведь большее количество своего времени Я уделял искусству управления, этикету и совсем немного, боевым навыкам. Учителем был Габриель и учил он отменно, даже похвалы заслуживает. Главное чтобы все знания данные им пригодились в данной ситуации.