— Игнорировать меня вздумал, сопляк⁈ — Дым, исходящий от всей фиуры древнего волхва резко усилился, став настолько горячим, что это ощущалось даже на дистанции, а по коже архимагистра и его мундиру стали проскальзывать огненные искры, что оставляли за собой полыхающими нестерпимым огнем трещины. Словно расстегнутые молнии рюкзака они начали потихоньку открывать миру внутреннюю суть этого существа, только притворяющегося человеком…Олег не впечатлился. Ну, вот ни капельки. Он слишком часто и слишком близко видел чудовищ и даже личностей более великих, могущественных и ужасных, чем Савва. Да, шансы чародея на победу в схватке с древним волхвом по-прежнему были очень низкими, будь это хоть вульгарная драка лицом к лицу, хоть организованное противостояние по всем правилам военного искусства…Но не астрономически низкими, а просто низкими. И он как-то привык участвовать в боях, где вероятность победы была довольно маленькой. — Да ты хоть знаешь, что я могу сделать с тобой⁈
— Я знаю гораздо больше, чем кажется, иначе я бы никогда не стал тем, кто я есть, и помер бы смертью глупой и бесславной ещё долгие годы назад вместе со всеми своими близкими. Однако мы не просто живем, но и процветаем… Ведь так, Доброслава? — Олег демонстративно приобнял девушку-перевертыша, щеголяющую полной энергии аурой пятого ранга, скалящую на магистра острый частокол зубов и издающую тихое-тихое, буквально на грани слышимости и инфразвука, злобное рычание. — Например, я знаю, что у вас очень много врагов, и хотя вы победили многих, но не просто же так переехали на самую дальнюю границу России, где чудовищ в лесах обитает больше, чем людей. И победы ваши далеко не всегда были окончательными, и нередко оказывались куплены очень дорогой ценой. В золоте, артефактах, верных слугах и даже близких людях… Хотите увеличить число своих потерь и дать повод своим настоящим врагам утроить свои усилия, воспользовавшись появившимися слабостями, сугубо потому, что вам чего-то не нравится, пусть даже это чего-то ну никак не ущемляет интересы вас или ваших людей и уж точно не пятнает собою честь ваших покровителей? Ваше право. Но потом не жалуйтесь ни людям, ни своим богам, ведь это, в конце-то концов, именно вы решили без какого-либо повода начать войну с теми, кто немало времени провел в Стяжинске и прекрасно знает его изнутри.
— Укгрх!!! — На какой-то миг Олегу показалось, будто архимагистр все-таки не выдержит и примет свое боевое обличье, чтобы ринуться в драку…Ну или попросту взорвется от переизбытка своей злости как фугасно-зажигательный снаряд. Однако древний волхв, который к тому же был и лишь чуть менее древним интриганом, оправдал ожидания чародея и сумел удержать себя в руках. — Ладно уж, живи, мерзавец! Помни мою доброту!!!
— Это обязательно, — хмыкнул чародей, который и не сомневался, что будь расклад сил хоть немного иным, и Савва бы действовал совсем иначе. Однако против его желаний сейчас играло и собственное состояние вспыльчивого волхва, за время Четвертой Мировой Войны подрастерявшего казну да последователей, и личная мощь Олега вместе с его близкими, что в случае эскалации конфликта имели отнюдь не нулевые шансы поставить крест в прямом и переносном смысле на последователя древних славянских богов, и боярский статус, из-за которого творить произвол или хотя бы попадаться на этом архимагистру было сильно не с руки. Даже если выскочек он и уделает, то потом расхлебывать последствия ему придется долго, может быть даже веками. А он ведь хоть и был той ещё сволочью, но сволочью не только жадной, но еще и умной, прекрасно умеющей сопоставлять затраты и профит. — Лучше скажите, можете вы призвать в эту битву Змея, как призвали его при осаде Трех Камней? Или может кого-нибудь другого из своих покровителей? Признаюсь честно, я ничего подобного сделать уж точно не смогу, итак за прошлый раз еще толком не расплатился…
Савва запыхтел как паравоз, явно раздираемый противоречивыми эмоциями. С одной стороны древнему волхву очевидно было приятно, что Олег сам признался в том, что ему уступает…С другой, а уступает ли? Ведь призвать на помощь кого-то из своих покровителей здесь и сейчас архимагистр, кажется, в соответствии с прогнозами короля йогов просто не мог…
— ЗАТКНУЛИСЬ ВСЕ!!! — Разборки Олега с его бывшим работодателем были далеко не единственной склокой, когда друг с другом в одном и том же месте повстречались старые недоброжелатели. И не самой громкой даже. Однако громкий вопль на английском языке, легко перекрывший обмен ядовитыми любезностями, откровенной бранью и даже обещаниями жестокой расправы, заставил присутствующих прекратить всё, что они делали раньше и обратить внимание смертника, осмелившегося сказать подобное сильнейшим и влиятельнейшим людям этого мира. Однако взобравшемуся на выросшую из пола специально для него трибуны на их недовольство было плевать. И угрожать ему всерьез всего лишь за грубость вряд ли бы кто решился. В конце-концов, с должностью Папы Римского приходили не только определенные должностные обязанности, но также более чем весомые привилегии и связи, из-за которых трогать главу католический церкви было чревато серьезными проблемами с его начальством и собратьями по вере. Во всяком случае, открыто. А те, кто мог и хотел действовать против него тайно, наверняка бы нашли тысячу и один повод куда более весомый, чем слова даже не являющиеся оскорблением для них лично. — Владыки Тьмы и их нечистые воинства прямо сейчас намереваются нанести нашему миру еще одну кровоточащую и отравленную рану! Они готовятся праздновать победу! А мы ничего не делаем для того, чтобы помешать им! Это непозволительно! Преступно! Еретично!!! От имени римской католической церкви и Господа Нашего, я приказываю вам и молю вас: «Оставьте в стороне ваши колебания и сомнения! Сокрушите демонов! И тогда праведники будут вознаграждены, а грешники получат по заслугам!».
— Хорошие слова, пусть даже воля твоего бога лично для меня и ничего не значит, — демонстративно похлопал пару раз какой-то архимаг-китаец, выглядящий как белобровый и белобородый дедушка, что слишком много времени провел в качалке. Во всяком случае, сияющие как солнце желтые одежды, расшитые еще более желтыми и сияющими змеевидными восточными драконами, не могли скрыть его широких плеч и накаченных мускулов. Кажется, этот был тот самый претендент на императорский престол, что окопался в горах Тибета. Во всяком случае, за спиной у него имелась очень солидная группа поддержки из трех десятков обладателей примерно столь же мощных аур, а их оппоненты, одетые примерно в той же манере, но держащиеся как можно дальше, оказались разбавлены несколькими русскими генералами и даже священниками. — Вот только с претворением в жизнь этих призывов будут проблемы. Трижды я и мои собратья-даосы обрушивали на Стамбул чары, что должны были погубить засевших там демонов. Трижды! Но ни Звездный Водопад, ни Меч Срезающий Горы, ни даже Бесконечный Холод Глубин Внешнего Космоса так и не сумели обрушиться на головы тварей! Удары, которыми можно убивать бессмертных и ровнять с землей города, куда более великие, чем эти жалкие руины, не сумели и волоса задеть на шкуре того из архидемонов, которого я намеревался сокрушить первым!
— Да-да, пространственные барьеры, которыми оградил город Червь Путей, просто беспрецедентны! — Закивал головой и затараторил какой-то французский архимагистр, видимо являющийся здесь представителем Деспота Парижского. Во всяком случае, по силе Олег поставил бы его и Святослава примерно на одну планку, а никого другого, кто бы украшал свою одежду стилизованными серебряными лилиями. — Наши атаки были сильны и многочисленны, очень сильны и очень многочисленны, я сам выкладывался изо всех сил, и не думаю, будто кто-то тут поступал иначе…Но вся эта мощь так и не достигла Стамбула, будучи куда-то перенаправленной!