Через несколько минут мы стояли на самой большой площади Флоренции, перед базиликой Санта Кроче.
– Ты была на Флорентийском Кальчо? – поинтересовался я.
– Нет. Мне очень хотелось пойти, но не сложилось. Надеюсь, в следующем июне… Расскажи мне о нем? Это ведь не футбол [1] в чистом виде?
– Разумеется, нет, – усмехнулся я. – Футбол в чистом виде – это итальянский чемпионат, где играет Ювентус…
– И Фиорентина, – рассмеялась Кьяра.
– Если Ювентус дает ей играть, – прокомментировал я, и мы оба расхохотались. – Флорентийский кальчо – это типичная историческая игра, родившаяся во Флоренции в XVI веке. Скажем так, что это некая впечатляющая смесь футбола, регби и реслинга. В него играют в исторических костюмах, относящихся к эпохе зарождения этой игры. Собственно, этот вид спорта берет начало из игры с мячом, которую придумали еще в Древней Греции. К Средневековью увлечение ей достигло в Италии такой популярности, что в мяч играли все и везде, даже на замерзшей реке Арно. Но самая важная игра произошла 17 февраля 1530 года, когда император Карл V осаждал Флоренцию, чтобы вернуть ее семье Медичи. Флорентийцы, голодные и вовлеченные в войну, слезли со стены, организовали кортеж и начали играть в футбол на глазах у врагов прямо на этой площади. Именно с тех пор родилась эта игра. В 1580 году были написаны официальные правила, которые не особо похожи на классический футбол, хотя бы потому, что можно играть не только ногами, но и руками.
– Хм, интересно… А мяч какой?
– Мяч кожаный, набитый козьей шерстью, по размерам скорее близок к баскетбольному.
– Ну а команды?
– Команд четыре, которые представляют четыре района Флоренции: Санта-Кроче (синие), Санта-Мария-Новелла (красные), Санто-Спирито (белые) и Сан-Джованни (зеленые). Все команды играют друг с другом, а по результатам играются два полуфинала и один финал. В каждой команде 27 игроков, из которых 15 – нападающие. Соответственно, нужно забить противнику как можно больше голов в площадку, нарисованную внутри периметра поля. Поле, кстати, засыпается песком. При этом можно мешать противнику, атакуя даже тех игроков, которые в данный момент не владеют мячом, и в их отношении можно использовать приемы борьбы. Команду судят один главный арбитр и шесть линейных, а каждая игра длится 50 минут. Ну а после победы все идут смотреть салют на Пьяццале Микеланджело.
– Твоей любимой… – задумчиво произнесла Кьяра. Мадонна, она даже эту деталь запомнила! Моя жена, например, этого, наверно, и не знает, хотя, оказавшись там, я всегда говорил, что это моя самая любимая площадь. – Как интересно это! – вывела меня из удивленной задумчивости Кьяра. – Послушай, а ты каждый раз ходишь на кальчо?
– Если бываю в этот период во Флоренции…
– Возьми меня с собой в следующий…! – порывисто воскликнула она, но резко замолчала. – Нет, ничего. Извини. Войдем в собор?
– Когда я пойду на кальчо, я возьму тебя с собой, – произнес я. Не знаю, как я буду выполнять это обещание, но я хочу его выполнить… – Войдем в собор. Чем он, кстати, известен?
– Тут тоже находятся знаменитые фрески. Джотто, если память мне не изменяет…
– Да, Джотто к ней приложил руку и приложил, надо сказать, шедеврально, изобразив сцены из жизни Сан Франческо и Сан Джованни Евангелиста. А еще здесь находится рельеф «Благовещенье» синьора Донателло… Но началось все с Сан Франческо Ассизского. Согласно легенде, он заложил на этом месте церковь, и в крипте есть ее фрагменты. А тот храм, что ты видишь сейчас, – крупнейший францисканский храм Италии, спроектированный уже Арнольфо ди Камбио. Его строгий готический стиль, возможно, не заставляет ахнуть от удивления, зато остается в памяти, и ты по всей Тоскане увидишь еще немало таких храмов и вспомнишь базилику Санта Кроче... Но не только всем этим она знаменита...
– Чем еще? – с живым любопытством распахнула Кьяра глаза.
– Базилика эта – Храм итальянского величия. Ведь здесь похоронены Россини, Макиавелли, Галилео Галилей, Данте, а также... – сделал я театральную паузу, вопросительно глядя на Кьяру.
– Мммм… Микеланджело? – робко спросила она.
– Конечно. Где еще может быть похоронен наш величайший гений? – усмехнулся я.
– Да, но ведь одним из его последних проектов был купол Сан Пьетро в Ватикане…
– Он и умер там, но Микеланджело – наш скульптор, художник, архитектор, поэт...
– Поэт?!
– Да, он написал, между прочим, около 300 стихотворений…
– Вот этого я не знала! – воскликнула Кьяра. – А родился он именно во Флоренции?