– Кьяра, прости…
– За что? – остановилась она на мгновение.
За что? За все. За любовь, которая не имеет права на существование, за боль в глазах, за неспособность изменить постановление небесной канцелярии, за нашу встречу, за нашу ночь...
– За то, что существую...
Она застыла на месте, глядя на меня таким взглядом, от которого меня пронзила какая-то непонятная тупая боль в области сердца. Наверное, оно в самом деле разлетелось на куски.
В дверь позвонили.
Собственно, я вздрогнул от неожиданности, а не от испуга. Мне, признаться честно, было фиолетово, кто там звонит. Моя жизнь представляла собой груду ненужного хлама, и если на пороге возникнет Лоретта и убьет меня в порыве ревности, я буду счастлив.
На пороге возник Мирко. Вид у него был мрачным, но он стал еще мрачнее, когда за моей спиной появилась Кьяра. Мне кажется, по нашим лицам он понял, как именно мы провели ночь.
– Что ты здесь делаешь?! – подозрительно спросил он, когда пришел в себя от удивления. – Где ты была этой ночью?! Отвечай! – глаза его стали наполняться яростью, что я даже испугался. Не за себя. За Кьяру.
Ее ответ меня ужаснул.
– Здесь! – с вызовом выпалила она ему в лицо.
– Ты… спятила? – он даже начал заикаться от ее наглости.
– А ты думал, я буду вечно ждать, когда у тебя найдется для меня хоть минутка времени между твоей работой, женой, ребенком и друзьями? Ты думал, я буду вечно ждать твоего снисходительного внимания?
– И поэтому ты решила переспать с моим лучшим другом? – издевательски спросил он.
– Твой друг в отличие от тебя – настоящий мужчина. Он позаботился обо мне в тот момент, когда я очень нуждалась в помощи, а ты был неизвестно где.
– Когда же это? – ехидно спросил он. Кьяра молчала, а Мирко продолжил: – И за это ты решила его отблагодарить? Porca mignotta[1]!
На пороге моего дома повисла звенящая тишина. Из глаз Кьяры брызнули слезы, а мой кулак жестко врезался в челюсть моего друга.
– Ты что, спятил, idiota?! – вскричал Мирко, хватаясь за челюсть.
– Не смей ее так называть, понял?!
– Хаха. Да вы оба такие! – на лице его появилась кривая усмешка, перечеркнутая болью. Физической, не душевной. – Ты предал свою едва родившую жену, как только она уехала в командировку, между прочим, зарабатывать деньги, – даже сквозь боль в челюсти насмешливо сказал он. – Ты легко предал меня и нашу многолетнюю дружбу. А эта девица с радостью втянулась в твои грязные игры! Я ведь специально приехал пораньше. Я уже давно стал подозревать, что она меня обманывает. Но я никак не думал, что с моим лучшим другом… Это ты удобно устроилась – жить у меня дома, чтобы не платить за квартиру, – язвительно сказал Мирко, поворачиваясь к Кьяре.
Кьяра застыла на месте и посмотрела на него так, будто он нанес ей самое кровное оскорбление.
– Я могу заплатить тебе за проживание, – едва сдерживая рыдания, сказала она.
– Ничего она не будет тебе платить! – резко вмешался я. – Ты использовал ее, как домработницу, так что вы в расчете!
Мирко изумленно посмотрел на меня. Кажется, я смог впечатлить его. Несколько секунд он даже не мог найти аргументов, чтобы возразить мне.
– Получается, если бы я не пришел к тебе пожаловаться, – сбитый с толку, проговорил Мирко, – ничего не подозревая о том, что она обманывает меня с моим лучшим другом, вы бы с невинным видом смотрели в глаза мне и Лоретте, а мы бы ждали вас дома, как верные идиоты, и наивно верили в вашу любовь к нам...
Это было уже слишком! Он был тысячу раз прав, обвиняя меня в предательстве, и это сжигало меня изнутри адским огнем. Но он не был таким святым, какого изображал из себя!
Я не должен был так себя вести, но он задел меня за живое.
– Это ты-то верный идиот?! Мы знакомы с тобой с самого детства, но я что-то не припомню, чтобы ты когда-нибудь был женат, да еще имел ребенка! – с сарказмом улыбнулся я.
Мирко ошеломленно уставился на меня, забыв о разбитой челюсти, а я смотрел ему в глаза, даже не смущаясь. Боковым зрением я видел, как изменилась в лице Кьяра.
– То есть… – прошептала она. – То есть все это время ты просто нагло обманывал меня? И на самом деле у тебя нет ни жены, ни ребенка…? Che stronzo... Bastardo... Я ненавижу тебя… Vaffanculo… – и она бросилась прочь из моего дома.