Лера напыщенно подняла подбородок.
– Ты еще умудряешься свой поганый уродливый рот открывать? – низко и злобно спросила девушка, высоко подняв одну бровь. Теперь ее голос перестал звучать тоненько и глупо, он совсем не походил девушке с такой внешностью. Казалось, будто это сказала не богатая надменная девица, а злобная ведьма, готовая отразить свою смертельную атаку.
– Да пошла ты! – фыркнула я.
– Зай, ротик свой грязный прикрой. Тебе все равно не заполучить моего Стаса. Признай, что ты была лишь его временной игрушкой. А я его будущая жена. – вновь тоненько и самодовольно проговорила Лера.
Игрушкой…которая надоела, порвалась, испачкалась, и ее можно выкинуть…
– Да ты сама похожа на куклу! – от обиды сказала я.
– Ты вообще понимаешь, кому ты такое говоришь? – гордо выручила свою пышную грудь девушка. – Такая страшненькая, как он вообще мог тебя целовать?
– Да пошла ты! Со своим женихом разбирайся, вот он тебе и скажет, почему такую страшненькую целовал! – яростно прокричала я. Закончив, направилась в общежитие. Тело начало трясти. Хотелось выть от боли.
"Я никогда не поступлю, как Андрей". Да ты сделал ещё хуже! Он хоть втихушку то с одной, то с другой, а потом бросал их, а ты жениться собрался! И пока твоя невеста работала в другом городе, решил от скуки со мной романы покрутить?! От скуки со мной спать три раза?!
– Ну ты и шлюха! – внезапно воскликнула Карина, встав у меня на пути.
– Чего? – не поняла я.
– Я все слышала. Ты, оказывается, семью чужую разрушаешь. Ну ты и мразь.
– Отвали! Не до тебя! – собственный голос, став холодным и злым, пронзил соседку мощным зарядом.
"Семью чужую разрушаешь". Я даже не знала о том, что у него есть невеста…
"Держись лучше от него подальше". Вот что имела в виду та незнакомка на лестнице. Но в чем была проблема сказать это в тот день? Ведь не было бы тогда этих свиданий, поездок, ночевки, поцелуев…и секса…
Воспоминания, как на зло, встали перед глазами и начали жестоко мучить. Мне было тяжело думать о том, что я вновь полюбила не того, что меня снова предали, что меня стерли в грязь…
Что я была лишь игрушкой для временных утех.
Что я на самом деле ошиблась!
В комнате никого не было. Рухнув на кровать, я начала горько судорожно рыдать. Каждый оторванный кусочек моего сердца гнил изнутри и выходил наружу, обдавая болью. К горлу подкатил ком. Меня тошнило, трясло, слезы продолжали литься из глаз. Весь мир исчез. Я не могла поверить в услышанное, в эту правду.
Стас, я полюбила тебя. Я не видела в тебе богатого мажора. Я видела в тебе человека, хотела познать твой внутренний мир, послушать твою музыку. Меня не интересовал твой мерседес и деньги, я хотела лишь теплых объятиях, искренних разговоров и длинных прогулок. А ты видел во мне лишь куклу…
"Он ее любит, и они скоро поженятся. Ты лишь игрушка, которой он побаловался, пока Лера была в отъезде. Теперь проваливай из его жизни". – эти слова противно звенели в голове, пронзая меня насквозь. Горло сдавило, я чувствовала, что задыхалась под тисками чувства обиды и предательства.
Как можно было так использовать меня? Почему я слишком наивна и безрассудна ко всему? Почему я вновь позволила начать не те отношения?..
От предательства Андрея не было так невыносимо, как от Стаса…
– Тук-тук, Саша, а к тебе…гости…
Потрясенная Лиза застыла на пороге. Смахивая пелену слез, я повернулась к ней и сказала:
– Пожалуйста, оставь меня в покое!
– Боже мой, что случилось? – испуганно спросила Лиза. За ее спиной выглянул Эдгар. Только его не хватало!
– Пожа-а-лу-уйста… – сквозь слезы и кашель промямлила я, уткнувшись лицом в подушку.
– Я попробую успокоить ее, а ты постой в коридоре. – раздался обеспокоенный голос Эдгара.
– Но… – замялась Лиза. По ее голосу было видно, что эта идея ей не понравилась.
– Пожалуйста, подожди. – настойчиво произнес парень.
Грубые недовольные шаги Лизы и звук закрытой двери прозвенели позади. Я оторвала лицо от подушки и встретилась с беспокойными глазами Эдгара.
– Оставьте меня в покое!
– Я не буду тебя мучить и просить все рассказать. Лишь проконтролирую, чтобы ты ничего плохого не сделала.
Я ничего ему не сказала, спрятав лицо за подушкой и продолжая плакать. Слезы впитались в ткань и холодили щеки, ресницы слиплись, волосы прилипли к лицу.
Почувствовала, как мужская рука бережно поправляла мне волосы. От этого я поднялась и завопила, смотря Эдгару в глаза:
– Уйди!
Но он лишь протянул мне салфетку, продолжая молчать. Меня все равно трясло, сопли потекли из носа по губам. Парень начал вытирать мои щеки, и я сильней закричала: