— Эмма, я хочу чтобы ты знала: чтобы не случилось, ты всегда будешь нашей дочерью. Прости, что обидели недоверием, — внушающее спокойствие произнес Нолан, виновато смотря в глаза дочери.
— Спасибо, папа, — прошептала Эмма… Тепло разлилось в душе… Возможно именно сейчас ей нужна была поддержка родных.
— Ты не поделишься своими планами. Не зря же он здесь, — спросил мужчина и неодобрительно поглядывал на мирно спящего пирата.
— Ты как всегда прозорлив, не зря. Как бы я не злилась на него, я все еще люблю Киллиана. И хочу его спасти, — голос Свон дрогнул, и она словно взмолилась всевышним богам. — Но мой план слишком рискованный, чтобы вмешивать кого-то из вас. Пожалуйста, поверь мне в этот раз. Всем вам лучше держаться подальше.
—Я верю тебе, — ласково произнес Прекрасный Принц, сжимая руку Эммы. Его сердце в страхе сжалось… Как же беспокойно за нее, — Пообещай только, что будешь осторожна.
— Обещаю…
После того, как Дэвид ушел, Эмма еще долго думала, сидя в кресле напротив Джонса. Она понимала, что возможно поступила эгоистично. Но вот была одна загвоздка… Единственное, что не могла понять Свон — куда же подевалась его любовь, о которой Киллиан столько рассказывал. А ведь от этого напрямую зависела его жизнь…
Эмма не смогла долго сидеть в тишине и, не выдержав, по щелчку пальца снова переместилась к Голду.
— И снова здравствуйте, мисс Свон, — с насмешкой прозвучал его голос.
— Голд, как насчёт ещё одной сделки?
— Что на этот раз? — колдун насторожился, слишком уж она была взбудоражена.
— Я хочу спасти Киллиана…
— Ничем не могу помочь… — оборвал ее Румпель и пожал плечами.
— Вы можете дослушать?! — прошипела Свон, — Я хочу вытянуть тьму из сердца Киллиана при помощи шляпы! Но, черт возьми, она не удержит тьму. И единственный способ поглотить ее... Вы понимаете, к чему я веду? Использовать либо кинжал, либо меч…
— Я понял, мисс Свон. Вам говорили, что ваши идеи весьма безумны? — Голд наклонился к ней через витрину и хитро улыбнулся, — Вы предлагаете Темному стать сильнее… — он понизил голос и прошептал.
— Вы собираетесь иметь дело с Темным Крюком, или как в вашем случае освободившаяся тьма нашла себе нового носителя?
— Я думаю, город, вряд ли переживет кого-то кроме нас. Итак, вам нужна моя помощь снова. И, пожалуй, я согласен, — заключил Голд. Это предложение было выгодно как никогда та сила, что он получил, не шла ни в какое сравнение с тем, что было у него прежде. А что Свон потом будет делать с пиратом — ее дело, лишь бы ему не мешали.
— Я сообщу, когда все состоится, — подытожила Эмма.
Свон, вернувшись, домой, решилась поговорить с Киллианом — многое зависит от него. Она питала слабую надежду, что он все же не только ненавидит ее... На всякий случай Темная сняла крюк, а то мало ли что мог сотворить резко взбесившийся Джонс, да и браслет он смог с легкостью снять. Несколькими пассами Эмма наконец-то разбудила своего спящего красавца.
Киллиан просыпался медленно, едва снова не проваливаясь в сон. Он открыл глаза и увидел белый потолок. Последнее, что он действительно помнил, как Свон отправила его в полет, после чего все воспоминания оборвались. И все то время, которое Крюк провел без сознания его преследовали видения того, как Нимуэ разными способами мучает Эмму до тех пор, пока он окончательно не смог смотреть на происходящее с той, которую он так любил. Но любит ли сейчас? После того, как она превратила его в монстра! Хотя… по сути Киллиан был им уже не один век. Как Свон удалось столько продержаться и не пасть во тьму и, если бы ей не пришлось оживлять его, то она бы не стала такой? Или стала? Крюк так запутался. В своих видениях он и убивал этих темных, и даже сам умирал. Какая глупость ему привиделась! Аид тоже почил из-за них, чтобы Киллиана смог обрести покой и вернуться. Были и такие варианты: когда Темные все-таки ожили, и как мир погрузился в хаос.
Джонс закрыл лицо правой рукой. Как же невыносимо, да так, что хотелось выть от того, что едва не случилось. Люди, поверившие в него были на волоске от гибели! Внутри все еще клокотала злость и обида на Свон, что-то мерзко нашептывало: если бы Эмма не сделала его таким, то этого хаоса не было бы! И в то же время чувство вины разъедало его изнутри, напоминая чего Джонс достиг таким трудом и как легко, в одно мгновение потерял все. У него не хватало смелости заговорить с сидящим человеком рядом. Он боялся... Боялся повернуть голову и посмотреть на него. Крюк запутался в себе и совсем не понимал, что же чувствует на самом деле. Сердце щемило при виде Свон. Его точно выворачивало наизнанку, снова и снова по кругу. Это ли не его худший кошмар? То, чего Крюк так боялся и чему поспособствовал собственными руками. Джонс был бы глупцом, отрицай, что его любовь исчезла или стала меньше. А видение смерти Эмма заставили понять ее мотивы. Хоть он знал их и раньше, однако знать и принять — два разных понятия. И как перестать ненавидеть себя за то, что Киллиан стал тем, кому так сильно хотел отомстить? Чем он лучше Крокодила, который убил Милу из-за собственной обиды и гнева, черт подери?!