Выбрать главу

В ее положении Нокс чувствовал бы себя не на месте от исчезновения матери, которая отнюдь ею не была.

Он, конечно, не жалел бы того, кто так сильно его подвел. Но в отличие от него, у Харпер была огромная слабость. Под суровой внешностью скрывалась мягкость души, которая, несомненно, посочувствует Карле.

— Что значит, пропала? — спросила она, наконец.

Нокс осторожно погладил ее длинные, гладкие, темные волосы с золотистыми кончиками — они быстро сохли после того, как Леви включил печку на полную мощность.

— Лоуренс Кроу, еще один демон из нашей общины и по совместительству ее сосед, кажется, забрал ее.

— Против воли?

— Да, — ответил Нокс. Его демон хотел прижаться к ней. Его гнев немного утих, так как сейчас она была в безопасности, тепле и возле него.

Харпер немного кивнула.

— Не понимаю. Зачем кому-то забирать Карлу?

— Учитывая образ мышления Кроу, ответить нелегко.

— Это тот демон, про которого ты мне рассказывал, что он на грани безумства?

— Да. — И это было поводом для беспокойства, так как означало, что его демон мог скоро получить над ним абсолютный контроль.

— Он уже перешел черту? Стал безумным?

— Его пара Делия считает, что еще нет, но он близок к этому. — И вновь Нокс внимательно посмотрел на Харпер. И снова выражение ее лица не изменилось.

Харпер тяжело выдохнула.

— Тогда у нее крупные неприятности.

Его пара была права. Делить свою душу с темным, большей частью психопатическим монстром было непросто. Это постоянная борьба в попытке предотвратить полный контроль сущности, и у некоторых не хватало душевных сил быть лидером над своим демоном. Такие люди становились сумасшедшими, кончали жизнь самоубийством или становились бесконтрольно жестокими.

Одно могло спасти демона от этого — найти и связать себя с анкором. Иногда пара могла сдерживать демона в относительно стабильном состоянии, но хотя Кроу и был в отношениях с Делией, они не заявляли права друг на друга.

При виде Харпер, кусающей нижнюю губу, Нокс освободил ее большим пальцем и спросил:

— О чем ты думаешь?

— Не знаю, что и думать.

С одной стороны Харпер злилась, что это произошло с кем-то, кто, нравится ей это или нет, был ее матерью.

Но это и заставило почувствовать себя почти двуличной, учитывая то, что Харпер не хотела видеть ее в своем окружении.

— Я не могу притворяться, что беспокоюсь за нее. Это не так. Но я никогда не желала ей смерти. И если Карла оказалась в руках безумного, вполне вероятно она уже мертва.

— Знаю. — Рука Нокса скользнула от ее волос к затылку. — Никто не винил бы тебя, если бы ты переживала за нее.

— Когда это произошло?

— Четыре часа назад. Вот почему Танер исчез из твоей студии, он пытается выследить Кроу.

Танер был одним из его охранников и являлся телохранителем Харпер.

Как цербер он был очень хорошим следопытом.

— Тебе не нужно идти со мной к Делии. Я могу попросить Леви отвезти тебя домой, сменить эту мокрую одежду.

— Нет, я хочу услышать от Делии, что произошло. — Она потерла глаза, смущенная и застигнутая врасплох. — Не знаю, что со всем этим делать.

— Посмотри на меня. — Нокс дождался, пока она не сделает это и произнес. — Я не могу обещать, что Карла выйдет из этой ситуации целой и невредимой, но могу дать слово, что найду ее и Кроу.

Она сжала его руку. 

— Я знаю.

Это доверие, эта мгновенная вера в него заставила Нокса тяжело сглотнуть. Он поцеловал ее нежно. Осторожно. Он и не подозревал о своей мягкости, пока не появилась Харпер.

Она вошла в его офис, блестящий, уникальный и своеобразный, и сразу же внесла свет в его жизнь — добавила эмоции, на которые он думал, никогда не был способен.

Но даже ощущение этих эмоций не сделало его «хорошим». Он никогда таким не будет.

Есть поговорка: «Рожденное в аду, в аду и останется». Нокс был архидемоном; темный, жестокий род, рожденный из пламени ада… таким образом, он не просто призывал его, он и был пламенем. Харпер знала, что он был частью ада, но все равно приняла его. И даже полюбила. Если это не было чертовым чудом, тогда он не знал, что могло бы им быть.

Харпер стояла около Нокса в центре необычайно чистого логова и смотрела на женщину, сжавшуюся в кресле и трясущуюся от молчаливых рыданий.

Делия не отводила взгляда от пола, запуганная перед лицом гнева Нокса. Харпер не могла ее винить. О, в его внешности и голосе не было злости. Ее редко можно было заметить.