Пролог
- Может все-таки передумаете? Выпьете снотворного и ничего не вспомните потом? У меня и настоечка есть, хорошая настоечка! Только глазки закроете и тут же откроете... - бонна Фрея смотрела на Коринн с участием, держала за руку пока вела ее по маленькому коридору из купальни.
- Нет-нет, все хорошо, ничего не надо! - коленки противно дрожали, а в животе шевелилось что-то холодное. Распаренное в купальне тело прикрывала только тонкая простыня и было немного холодно.
Еще несколько шагов и вот та дверь, за которой изменится ее жизнь. Коринн не хотела, чтобы жизнь изменилась вот так: без ее собственного участия. Хотелось запомнить все. Да и ситуация в целом не давала девушке расслабиться и отпусть контроль над ситуацией.
Бонна Фрея открыла дверь и пропустила Коринн в комнату. Обычная келья для обители Светлой Матери, ровные стены, окрашенные в голубой цвет, шкаф, плотно зашторенное окно, приглушенно светивший магический шар.
В центре кельи стояла кушетка довольно странной для Коринн конструкции: высотой по пояс и очень узкая и короткая, чтобы вытянуться на ней во весь рост.
- Ложись сюда, деточка. - бонна Фрея стянула с девушки простыню, служившую ей единственной одеждой, и набросила на странную кушетку. Корин аккуратно бочком, страясь не слишком демонстрировать свои интимные места бонне, устроилась на этой кушетке.
Бонна Светлой Матери громко фыркнула:
- Что уж теперь стесняться-то? Ложись на спину, колени согни и пятками упрись по краям.
Коринн послушно сделала как ей велено. Бонна стала между разведенных ног и сама подтянула бедра к краю.
- Все, не бойся, девочка. Сейчас я тебя укрою, согреешься. - бонна достала из шкафа покрывало и накрыла заметно дрожавшую девушку. - Все будет хорошо, все женщины через это проходят... Не ты первая, не ты последняя сюда приходишь. Надейся, что единственный раз тут побываешь. Если что, кричи погромче, я тут поблизости буду.
С этими словами бонна Фрея покинула келью, не забыв погасить свет.
Темнота. Тишина. Одеяло согрело и Коринн немного задремала.
Проснулась от четких и уверенных шагов, приближающихся к ней. Щелк-щелк-щелк! Звенели металлические набойки на сапогах, такие набойки только у боевых магов и в ходу, как отличительный знак высшей магической аристократии. Звякнула оружейная перевязь. Пахнуло дымом и железом. О, Матерь Светлая, дай хотя бы увидеть в этой темноте!
Рывок и с Коринн слетело одеяло. Вздрогнула, вцепилась руками в края кушетки и сильнее надавила пятками. Попыталась свести колени: чужие руки не дали, развели еще шире, сделали еще открытей.
- Тихо-тихо, не бойся. Я быстро. - Низкий и глубокий мужской голос. Чужая рука бесцеремонно шарящая в самом сокровенном месте между ног.
Коринн замерла, дышать забыла.
А чужие пальцы уже проникали внутрь, нащупывали преграду, отделявшую девушку от женщины. Хлопнул колпачок бутылки и на промежность полилось что-то прохладное. Чужие пальцы размазывали это по складочкам, ныряли внутрь. Внезапно низ живота потеплел, потяжелел. Чувствовала как потайные мышцы внутри расслабляются, движения пальцев стали приятными. Коринн откинулась назад, часто задышала.
Звякнуло что-то металлическое, движение и внутрь ее тела проникает что-то гораздо крупнее, чем пальцы. Рывок, еще рывок до конца. Боль где-то там, далеко. Движение. Размеренный скрип кушетки. Намертво вцепившеся в бедра чужие руки. Сдавленный хрип и несколько судорожных рывков внутри. Движение назад. Облегчение. Вздохнула поглубже.
- Закрой глаза. - покорно закрыла. Прикосновение к низу живота, почувствовала как по телу заструилась чужая магия. Много, очень много. Рука закрывшая ей лицо, не давала увидеть цвет магии, у каждого древнего магического рода он был свой, уникальный. Так правильнее, Коринн нельзя было узнать, кто это с ней рядом.
Что-то откликнулось глубоко в лоне, ответило теплым всплеском.
- У нас получилось! Молодец, девочка! - такие же уверенные шаги рядом. Упавшее сверху теплое одеяло. Свернулась клубочком, сжалась. Непрошеная и ненужная ей радость чужого ей мага, зачавшего внутри нее новую жизнь. Не для нее.
- Спи!