- Прошу прощения! Алло-о! Там нет, случайно, человека в кресле номер шесть?
- Это ко мне, - прошептал я и крикнул: - Прошу к нам... или нет! Выхожу.
Обойдя кресло Ника, я вышел на пляж, спрятав "биффакс" в карман и встав так, чтобы не заслонять мулата от Клода и Пика.
- Это я. Слушаю.
- Те двое у нас. Третий мертв, - прямо сказал он, не играя в загадки. Если хочешь с ними поговорить - то быстро.
- Далеко? - спросил я.
- Не-ет. С доставкой на дом. Шесть километров отсюда.
- Еду, - кивнул я. - Вы вошли через эти ворота? - Я не стал переходить, как он, на "ты".
Он поморщился и покачал головой.
- Я иду к машине, - сказал я. - Встретимся за первым поворотом аллеи.
- Один, - многозначительно бросил он и повернулся ко мне спиной. Я вернулся за ширму и допил пиво.
- Что ж, я поехал.
- Один? - хором спросили оба.
- Слышали? Мне ничто не угрожает, это не та фирма, что подсылает ребят, которых можно отправить на тот свет пулей в бензобак.
Быстрым шагом преодолев лесистую часть территории пансионата, я по крытому проходу вышел на стоянку. Швейцар открыл ворота. Я выехал на дорогу. За первым поворотом ждал мулат. Молча сев в машину, он начал показывать дорогу, время от времени бормоча команды. Наконец он жестом остановил "химеру" и вышел. Я сделал то же самое. Он пошел вперед по поросшей травой тропинке в глубь маленькой рощицы. В двухстах метрах от шоссе стоял большой грузовик для перевозки мебели. Мулат подвел меня к его задней части и небрежно постучал. Двери фургона тотчас же открылись. Бодрый мужичок лет пятидесяти с пурпурным носом бросил взгляд на меня и жестом пригласил внутрь. Я вскочил в фургон следом за мулатом. Внутри горел яркий свет. По углам со стороны кабины сидели двое из уже знакомых мне тройняшек. Естественно, я не знал, кто из них кто, но это не имело значения. Лица обоих были украшены кровоподтеками, у одного разбита губа, но, в общем, они выглядели лучше, чем я ожидал. Они не были ни скованы, ни связаны. Взгляд их блуждал по нашим лицам. Мне показалось, что моя физиономия у них ни с чем не ассоциируется. Я повернулся к мулату.
- Стоит с ними вообще разговаривать? - спросил я.
- Конечно! - удивился он. - Они все скажут.
Я подошел ближе и присел перед одним из братьев.
- Ты Морт?
Он кивнул.
- А это Феликс? - показал я пальцем.
Он посмотрел на брата, словно пытаясь внимательнее его разглядеть.
- Нет, - ответил он. - Ты застрелил Феликса, - заявил он без тени каких-либо эмоций в голосе.
- Кто вас нанял?
- Только Сальво знает посредника. Он дал работу. Но Сальво его застрелил.
- Почему?
- Потому что мы не могли после той перестрелки тебя найти. Мы хотели отомстить, а посредник скрывал имя работодателя.
- Это правда? - Я повернулся к Сальво.
- Да, - выдавил тот.
Я на несколько секунд задумался.
- Сейчас я назову несколько фамилий. Если какая-то из них тебе по каким-то причинам знакома - скажешь мне. Ясно? - обратился я к Морту.
- Да. - Похоже, он был намного более потрясен, чем брат.
- Хиггинс? - назвал я первую попавшуюся фамилию и уставился на Морта.
Он долго думал и в конце концов отрицательно покачал головой.
- Голдлиф?
После долгого размышления Морт спросил:
- Кажется, какой-то миллиардер?
Я кивнул.
- Радер.
- Его мы убили по заказу, - сразу же ответил он и добавил: - Грязная работа.
- Скарроу?
- Расстрелян ракетой на автостраде. Тот же заказ.
- Богг.
Он долго думал.
- Не знаю такого.
- Вуд, - сказал я, сам не знаю почему.
- Не знаю такого.
- Ле Фей?
Он думал секунд двадцать.
- Не знаю такого.
- Нитла?
- Это не фамилия, - ответил он почти сразу. - Это полигон.
- Где? - спросил я, стараясь владеть собой.
- Четырнадцать миль от Пьера, в Южной Дакоте.
- Откуда ты знаешь?
- Феликс там когда-то был. Он должен был явиться туда один, но договорился о встрече с нами неподалеку. И потом приказал держать язык за зубами до конца жизни.
- Когда это было?
- Год с лишним назад.
- Потом у вас была какая-то работа? Феликс дал какое-нибудь задание?
- Нет. Почти восемь месяцев мы ничего не делали.
- А потом?
Он покачал головой. Кто-то подошел ко мне и положил руку на плечо. Я обернулся. Рядом стоял мулат.
- Сеанс заканчивается, - сказал он. - Больше он не будет говорить осмысленно, разве что если получит еще одну инъекцию, но это оставил для себя шеф. Мне очень жаль, - вежливо закончил он.
Я посмотрел на братьев, которым судьба оставила, судя по всему, не больше нескольких часов жизни. Ни в одном уголке души мне не удавалось отыскать к ним сочувствия, но ощущение легкого стыда приглушило радость от выяснения смысла таинственного слова "нитла". Я жестом поблагодарил мулата и его молчаливого коллегу и не оглядываясь вернулся к "химере". Отъехав немного, чтобы в фургоне не думали, что я за ними слежу, я остановился, открыл все окна, включил радио и под тихую музыку и легкий ветерок выкурил две сигареты. Еще раньше я решил, что Нитла, чем бы она ни была, должна быть обследована, но тогда я думал о разведке в одиночку. Теперь же я решился действовать втроем. У меня возникла мысль, не подключить ли к делу ЦБР, по крайней мере одного из его сотрудников, но окончательного решения так и не принял. Проверив с помощью компа, где находится ближайший аэродром с прокатом самолетов, я заказал на завтра полет в Мисот для трех человек. Фебе предстояло подняться на борт в сумке.
На борту трехмоторного "мэйфлауэра" могут с удобствами разместиться семь человек, с меньшими удобствами - десять, трое же могут устроить турнир по настольному теннису или строить карточные домики, естественно, при условии, что погода будет идеальной. Такой она сейчас и была. Клод образцово выполнил взлет, после чего во время короткого диалога с башней, а затем с компом, проверявшим условия на всей трассе, набрал запланированную высоту и передал управление автопилоту, не забыв незаметно изменить курс так, чтобы вместо официально указанного в качестве цели полета озера Нью-Сильвер-лейк отклониться на несколько градусов к северу, взяв курс на нашу истинную цель, то есть Южную Дакоту. Феба покинула сумку, лишь только колеса оторвались от взлетной полосы. Первые полчаса она нервно принюхивалась и вертелась по не вызывавшему ее доверия полу. Весь мой багаж мы перенесли из "химеры" в "мэйфлауэр" и теперь занимались его сортировкой. Разобрав два скорострельных "дракона", я почистил их и собрал снова, потом занялся "биффаксом" и "элефантом", хотя относительно их состояния у меня не было никаких сомнений. "Запомните, салаги, - любил говорить сержант Мак-Керн по прозвищу Кашель, есть огромная разница между "не иметь сомнений" и "быть уверенным". В этом убедится каждый, кто не поверит мне на слово". Клод проверял фонари, тросы, абордажные крюки, а Ник занялся химикалиями - одурманивающими газами, дымовыми шашками, парализаторами, баллонами с кислотой для прожигания отверстий, тюбиками с быстросохнущей пастой для блокировки замков. Закончив первым, я проверил еще три комплекта микропередатчиков, а потом помог поделить снаряжение так, чтобы получилось три не сильно отличавшихся друг от друга комплекта. От пистолета-пулемета я отказался, несмотря на то что он был снабжен лазерным прицелом, взяв вместо него ни разу до сих пор не подводивший меня "биффакс" и превосходный, по крайней мере в некоторых ситуациях, "элефант". Так прошел первый час полета. Клод сел перед экраном компа и занялся просмотром карт. Я приготовил для всех кофе и уселся с Ником за партию в шашки. Мы дважды сыграли вничью, когда Клод позвал нас к экрану.