Я как бы не нарочно медленно подняла ногу, чтобы поменять их местами. Он опустил взгляд вниз. Я чуть-чуть сильно раздвинула ноги и он увидел, что всё же, трусы на мне отсутствуют.
— Это приглашение? – спросил он, хватая меня за колено.
— Возможно, — я игриво подмигнула ему и впервые улыбнулась лучезарной улыбкой, которую сама прочувствовала в районе солнечного сплетения. — Но только на одну ночь. Мне слишком скучно здесь сидеть.
Он быстро достал бумажник из заднего кармана и достал купюру, которая была намного больше чем счёт. Парень кинул её на барную стойку и схватил мою сумку, повесив её на свое плечо.
Он опять поднял меня за талию, но в этот раз, не стал меня отпускать.
— К тебе или ко мне?
На фоне всё ещё звучала музыка — громкая, почти давящая. Я закрыла глаза на секунду, позволив телу расслабиться, и вдруг почувствовала, что руки и ноги начали сами собой двигаться. Тело подчинялось ритму, но разум… разум словно вырубился.
Я открыла глаза — темно, круги света рассеяны по полу. И… тишина.
Очнулась с адской головной болью, рот пересох. Босыми ногами я ступила на холодный пол, схватила плед с пола, обвила им плечи. Всё тело ныло, и даже лёгкое давление на солнечное сплетение отдавалось странным огнём.
На прикроватной тумбочке стоял графин с водой. Я схватила его, без зазрения совести пила прямо из горлышка, пытаясь выжить в этом хаосе собственного организма.
Мозг упорно отказывался вспоминать что-то конкретное.
Пройдя пару метров, я вышла на балкон. Он был длинный, но не широкий. За свой счёт я поменяла окна: теперь у меня был вид с двадцатого этажа на небольшую часть города. Повезло, что застроить муравейниками чудесный вид не успели. Я села в старое кресло и попросила колонку включить музыку. На подоконнике внутреннего окна стояла кружка с вчерашним, уже холодным кофе, пачка сигарет и зажигалка.
Пить такой напиток не особо хотелось, но утренний ритуал прерывать не хотелось. Я достала сигарету и устроилась по-удобнее. Голова, должно быть поняла, что сейчас ей будет ещё хуже и подуспокоилась.
Город уже гудел. Неудивительно, время было обедать, но в моем случае завтракать никотином и кофе.
Было как-то одиноко, но это неудивительно — я жила одна.
— Зачем пить холодный кофе, если можно сварить свежий? — послышался голос, и я вздрогнула. Не ожидала, что кто-то дома. Думала, Фёдор уже ушёл.
Он вышел на балкон в одних трусах с двумя кружками: одна с надписью «ты самая лучшая девушка на свете» и каким-то странным мужиком-алкашом, вторая — с моим любимым 2D-мужчиной. Я взяла первую.
— Не знал, какой ты любишь, — сказал он с легким недоверием, когда сел в кресло напротив. Всё же плюхнулся аккуратно.
Я стряхнула пепел в пепельницу:
— Спасибо, как раз то, что надо.
Положив ноги на коробки напротив, я наблюдала, как он отхлебнул кофе.
— У тебя уютно, и вид, на удивление, чудесный. Ты снимаешь?
— Нет, на месте этого дома стояли двухэтажки. У нас были три комнаты в коммуналке, нам дали денег и мы купили две квартиры, — я затушила сигарету и оставила в пепельнице.
Обе руки грелись о кружку, а ноги ускользали с кресла, будто не хотели держать меня на месте.
«Да блин», — подумала я.
Тяжёлая, шершавая рука с мозолями легла мне на колено. Я повернулась к Феде. Он выглядел странно мило с этой кружкой. Двое из самых красивых мужчин, по моему мнению, рядом с этим утренним светом — один из них я уже знала.
Его волосы растрепались после сна, но он пах кофе и свежестью. Видимо, умыться всё же успел. Солнце падало на него под идеальным углом, подсвечивая, будто на картинке. Он был спокоен. А о чём думал? Чего хотел?
— Почему не ушёл? — спросила я, чуть дрожащим голосом, сама не понимая, ожидала ли я честного ответа или просто искала подтверждение, что вчерашнее — это не сон.
На окраине разума я пыталась вспомнить, что мы делали с ним ночью. Было пусто. Темнота, темнота, темнота.
Судя по тому, что мы были оба полуголые, все же мы переспали.
— А куда мне спешить? — он заметил, как мои ноги падают, и одной рукой перевернул меня так, что они оказались на нём. — Повернуть бы твоё кресло, неудобно...
— Сделай как знаешь.
Через пару минут кресла стояли треугольником к стене — действительно удобнее.
Я расправила плед и села так, чтобы им можно было накрыться, а не укутаться.
— Вижу, уже не стесняешься.
— Я… не совсем помню, — призналась я, доставая сигарету, — будто бы ночью что-то было.