— Поблагодарить? За что?
Люциус поворачивается и несколько секунд смотрит на него с лёгким прищуром, затем подходит ближе и понижает голос:
— Думаю, вы знаете, за что. Как бы неприятно мне ни было это признавать, наша семья вам теперь… несколько обязана. И того, что вы сделали… я постараюсь не заб…
— Мистер Малфой, — нетерпеливо обрывает Гарри поток трудно дающихся Люциусу слов и вновь поправляет бутылки. — Можете поверить, для этого мне не пришлось ничего делать. Так что не нужно навешивать на себя никому не нужные долги.
— Понимаю, — Малфой мягко усмехается, уставившись на этикетку. — Но тем не менее… — он немного медлит и резко меняет тему: — Возьмите луарское «Вуврэ», оно отлично подойдёт к филе щуки, — с этими словами он втискивает в одеревеневшие пальцы Гарри бутылку, разворачивается и быстро идёт к выходу, но, уже открыв дверь, добавляет: — И не сочтите это приступом излишнего благородства с моей стороны.
Когда Малфой покидает погреб, Гарри хватает только на то, чтобы утомлённо вздохнуть и покачать головой. Идиотизм какой-то.
***
Дальнейшая подготовка к празднику проходит довольно вяло. Почти до самого ужина Гарри слоняется по залу по настоятельным поручениям Панси: «сходи», «принеси», «подай». Впрочем, жаловаться не на что: сидеть в своей комнате, уткнувшись в книгу, когда все суетятся внизу, весьма скучно, а так есть хоть какое-то занятие. Когда зал оказывается окончательно украшенным, стулья стоят на местах, а столы сервированы, все расходятся по комнатам, чтобы переодеться и хоть немного отдохнуть перед празднеством, хотя особо праздничного настроения Гарри ни у кого не заметил. Он тоже поднимается к себе на час, а вернувшись в зал, в нерешительности замирает на пороге. Зря он наивно полагал, что это будет просто торжественный цивилизованный ужин.
По периметру зала появились мягкие широкие диваны, на которых расположилось немало Пожирателей с неясно откуда взявшимися девицами в весьма откровенных восточных нарядах. Где-то на заднем плане играет ритмичная арабская музыка, заглушаемая нестройным гомоном весёлых голосов. Несколько девушек с лучезарными улыбками прямо посреди зала исполняют танец живота. Гарри переступает порог, и глаза тут же начинает щипать из-за плотного дыма, повисшего под потолком прокуренного зала. Однако сделав несколько шагов вперёд, он различает в едкой вони сигарет и другой резкий запах каких-то душистых трав или специй или вообще чёрт знает чего. Голова почему-то становится легче, комната делает плавный крен в сторону, взгляд скользит по диванам и столикам возле них и останавливается на небольшой группе Пожирателей, которые по очереди раскуривают пузатый с витиеватым узором кальян. На столике стоит деревянная коробочка, до краёв наполненная высушенной и измельчённой тёмно-зелёной травой. Гарри не верит глазам, когда сидящая в центре дивана Беллатрикс подсыпает немного травы в кальян и делает глубокую затяжку, насмешливо наблюдая за ним мутным взглядом из-под опущенных век.
Внимание Гарри отвлекает громкий смех из другого конца зала. Обернувшись, он замечает Марка, который сидит в окружении своей компании, увлечённо болтая с Гойлом и попутно закручивая в небольшую бумагу кучку травы из точно такой же коробочки. Гарри подходит ближе и отмечает, что Драко среди его бывших однокурсников нет.
— А, эфенди! — смеётся Марк, заметив его. — Присоединяйся что ли.
— Марк, это же не… — Гарри неуверенно кивает на самокрутку. — Ты…
— Как видишь, мы тоже умеем развлекаться, — улыбается Панси, делая солидный глоток вина.
К этому времени Марк заканчивает своё занятие и с победоносным видом поднимает выше туго скрученную бумажку.
— Ну что, трубка мира? У кого зажигалка? Очень не хочется от палочки прикуривать.
Забини молча протягивает крепкую металлическую зажигалку.
— Ты с нами? — спрашивает Марк, глядя на Гарри.
— Я… я, пожалуй… — Гарри резко оборачивается на внезапный взрыв хохота и недоумённо смотрит на завалившуюся от смеха набок полную рыжую Пожирательницу. — Нет, я, пожалуй, пас, — обращается он к Марку. — Это всё как-то… слишком.
— Ну, конечно, — лениво тянет Забини, — Пожиратели — не люди, Пожиратели не отдыхают…
— Да причём здесь?..