— Осмотреть территорию, — отдаёт команду Горыныч только что прибывшим бойцам.
Вероятно это его люди. У Андрея сегодня ранили начбеза и ещё одного сотрудника охраны. Обоих отправили в военный госпиталь для оказания медицинской помощи.
— Всё чисто, босс. Технику проверили. Камеры работают, датчики движения включены.
— Хорошо. Выставь посты по всему периметру. Связь держать постоянно. Докладывать о любых подозрительных движениях.
— Понял, приступаем.
Как только охрана покидает гостиную, я замечаю рядом с диваном свой чемодан.
— Мне нужно переодеться и принять душ, — говорю я, обращаясь к почти двухметровому амбалу, приставленному ко мне в качестве няньки.
Горыныч — яркий представитель сильного пола. Брутальный, широкоплечий мужик с крепкой шеей, с массивными ладонями и прямым, словно высеченным из камня носом. Его харизма читается в каждой черте: высокий лоб, густые широкие брови, тёмные, пронизывающие глаза. Лицо украшает щетина, придающая ему ещё больше суровости и небрежного шарма.
Моя бабуля когда-то говорила, что мужчина должен быть слегка небрит, немного вонюч и чуть красивее обезьяны. Мне всегда казалось это шуткой. Но сейчас я понимаю в чём соль её слов.
Знать бы ещё какие у него достижения и почему Князев выбрал именно его?
Хотя, какая разница.
Сейчас я хочу только одного: смыть с себя этот тяжёлый день, что-нибудь перекусить и закрыться в своей комнате, остаться наедине с собой, отгородиться от всех этих людей хотя бы четырьмя стенами.
— Никит, сопроводи девчонку в гостевую. В ту, что рядом с моей спальней, — отзывается Князев, расстёгивая на себе чёрную рубашку для того, чтобы его осмотрел хирург.
Я невольно задерживаю взгляд на его обнажённом, рельефном торсе с порослью тёмных волосков, оцениваю мощные плечи, сильные руки с чётко очерченными бицепсами…
Андрей глухо матерится, когда ему помогают раздеться до пояса. Мой взгляд опускается ниже, к боку, и меня ледяными иглами пронзает страх.
В одно мгновение весь хмель выветривается из головы. Рана по-прежнему кровоточит, а кожа, покрытая засохшей кровью, выглядит пугающе…
— Осторожнее, чёрт возьми! — сквозь зубы выдыхает он, когда мужчина осматривает ранение.
— Ну ты и везунчик, Князев, — с ухмылкой бросает доктор. — Касательное пулевое. Отделался царапиной, поправишься быстрее, чем моргнёшь.
Я вдруг ловлю себя на том, что выдыхаю с облегчением. Зря только себя накручивала.
Вспоминаю язвительные шуточки Князева — и внутри поднимается волна раздражения. Не могу это контролировать. Никак. Хочется высказаться ему, но вместо этого беру в оборот его друга.
— Потрёшь мне спинку, мамуля? — вырывается у меня само собой.
Бросаю взгляд на Горыныча. Тот картинно округляет глаза, на время теряя дар речи. А затем неожиданно парирует:
— Потру, конечно. И попу вазелином намажу. Пойдём принцесса. Чего тянуть?
Глава 12
Глава 12
Злата
Он это серьёзно?..
Мои щёки пульсируют адским пламенем. Какой-то неправильный Горыныч в княжестве Тёмного. Оба пошляки. Даже не хочу думать, что папа такой же.
Повернувшись, иду к лестнице. Чувствую на себе жгучие мужские взгляды. Глубоко вдыхаю, стараясь держаться прямо. Хотя старанием это сложно назвать. После всего пережитого кошмара на уверенную походку меня едва хватает. Ноги передвигаются по ступеням с трудом.
Огромные панорамные окна от пола до потолка словно мимо проплывают.
Голова кружится от насыщенного аромата дорогого кофе, свежей кожи и дыма сигарет.
Кто вообще придумал эти лестницы с прозрачными перилами? Покажите мне этого гения, и я лично отправлю его к чертям!
Прижимаюсь к стене, пытаясь не смотреть вниз, и вдруг чувствую, как сильная рука обхватывает меня за талию и легко поднимает в воздух. Резко вдыхаю и прихожу в себя только тогда, когда меня осторожно ставят на пол перед открытой дверью одной из комнат.
— Не благодари, — шепчет Горыныч, обжигая висок своим шумным выдохом.
Ёжусь, пока он ставит на пол мой чемодан и толкает его так, что тот заезжает в гостевую и останавливается аккурат возле шкафа.
— Вы ещё и в цирке подрабатываете? — шучу я, чтобы хоть как-то отвлечься от тяжёлых мыслей.
— В прошлой жизни бывало, — отвечает он мне.
— А в этой?
— В этой вот посчастливилось устроиться гувернёром. Осталось сбрить бороду и передник надеть.