Кому-то точно пора спать.
Ну, пиздец!
Девчонка Алиева выросла, а наивность из неё не вышла.
Какие, нахрен, измены?
Что значит «нравится трахать их в рот»?
Подглядывала?
К чему, вообще, все эти вопросы?
— Никит, тебе пора, — говорю я, подходя к балконной двери и распахивая её.
В спальню тут же вливается поток свежести. Это поможет Злате быстрее прийти в себя.
— Ничё не пора. Лезжа-ать! — Златка тут же наваливается на Горыныча, когда тот делает попытку подняться. Придавливает его обратно к подушкам своими соблазнительными формами.
И все же красивая девочка. Спортивная.
На узкой спине, обтянутой коротким топом, просматриваются едва заметные, но отчётливые линии мышц. Ловлю себя на том, что липну на них взглядом.
Блять, Тёмный, вот только ты не сходи с ума. Ладно?
— Мы ещё не кон-чили! — выпаливает Алиева, выбивая из моей груди воздух. — И вообще, Андрей Виктрвич, это моя спальня! Чё вы тут раскмандвлись? Мамуля со мной с-спит. Ясно? У нас тут… — Злата замолкает. Раздаётся очередное характерное «ик». — С-с-с… с-сеанс пс-сихтрапии! Горыне прим… примочечку на глаз надо прлжить. Вззз… взаимно!
— Приложишь ему потом на два, — раздражённо рявкаю, удивляясь собственной вспыльчивости. — Завтра утром будет как раз актуально, а сейчас отдыхать!
Впервые злюсь на Злату.
Выуживая из бара для неё газировку, сам надпиваю глоток. Нервно выдыхаю.
— О-о-ой… — с наигранной тягучестью выдаёт пьянчужка. — Ты это с-слышал? Головы тебе не сносить, Горыня, — цокает языком острячка и делает глоток шампанского из горла. — Дазже этой. Ик, — тычет бутылкой Никите в пах, тот дёргается, как ошпаренный, инстинктивно сжимаясь. — Графья нынче-с злые пошли-с. Нервные. Угрожают-с, — добавляет, передразнивая меня.
— Думаешь? — подыгрывает ей Горский, как ребёнку.
— Ага-с.
— То-то я смотрю, Тёмный на мавра стал похож. Хрен отличишь. Как бы не придушил тебя тут на ложе в объятиях. Или меня…
— Никит, — с нажимом прерываю его шуточный трёп, подходя к кровати вплотную. — Пусть она проспится.
— Ладно, принцесса, тебе и правда пора баиньки, — с улыбкой говорит Горыныч, легко щёлкая Злату по носу. — Увидимся утром.
Неохотно снимая с себя девчонку, он пересаживает её на постель. Отбирает у Златы бутылку, передаёт мне — алкоголя в ней почти не осталось.
Заебись…
Бросаю на друга вопросительный взгляд. Пожав плечами, Никита поднимается с кровати. Только сейчас отчётливо замечаю у него на лбу внушительную шишку с фиолетовым отёком. Ебать…
Где же его так угораздило?
И, самое интересное, когда и каким образом?
За какие подвиги он удостоился такой награды?
С трудом сдерживая смех, перевожу на Злату ошарашенный взгляд.
— Твоих рук дело? — интересуюсь, протягивая ей газировку.
Отрицательно качает головой.
— Французы… — произносит с икотой Алиева, и я понимаю, что если задержусь здесь хоть на секунду, то точно выпорю её зад.
Глава 18. Андрей
Глава 18
Андрей
— «Горыничка»? — возмущаюсь, прикрыв за нами дверь. — Серьёзно, блять? Что за херня, Никит? Какого лешего она лыка не вяжет? — требую объяснений, буравя Горского взглядом.
— Психотерапия, брат, — чёртов мозгоправ разводит руками. — Что тут непонятного?
— Какая, нахуй, психотерапия? — вспыляюсь на друга. — Девчонка пьяная вдрызг. Я просил её защищать, а не накачивать алкоголем.
— Ей нужно было расслабиться. Я не стал мешать, — комментирует Горыныч, почёсывая выгнутую бровь.
— Каким образом, Никит? — спрашиваю с нарастающим раздражением. — Трахнув тебя через брюки? Или вы решили для релакса подышать маткой? Сейчас это модно у баб.
— Нет, блять, Андрюха, мы решили посидеть на гвоздях! — парирует Горский, реагируя на мои претензии таким же неприкрытым раздражением. — Если ты не в курсе — маткодых из меня хуёвый. Ебаться сквозь штаны я тоже не мастак!
— Тогда что?
— Девчонке жених за бугром изменил. Да и потом, кто-то в своём кабинете трахал Илонку в рот…
Блять…
— Она это видела? — чертыхнувшись, нервно зачесываю волосы назад.
Ну пиздец какой-то, ей-богу!
— Вероятно. Иначе бы не делилась в деталях, какой ты у нас половой гигант, — шутливо поддевает меня Горыныч. — Если у тебя больше нет вопросов, я пойду к технарям — нужно проверить некоторые догадки.
— Иди, — выцеживаю сквозь зубы, срываясь в свою спальню.
Хлопнув дверью, прислоняюсь к ней затылком и шумно выдыхаю.