В это время в коридоре послышались шаги.
- А вот и наши соседи. - Проговорил Николай Иванович, указав на стенку. Но он ошибся. Видно по партийным делам заходили редко, так как стук в дверь его явно обескуражил.
- Да, да. Заходите. - Пригласил он неизвестного товарища. Стучащимся оказался капитан милиции.
- Здравствуйте. Прошу следовать за мной. - Пригласил он компанию.
- Мы не здешние. Мы в турбюро. - Запротестовал, было Андреев. Но ему объяснили, что если в турбюро, то обратно отвезут на машине - только выяснят личность. Это не понравилось майору, но протестовать он не стал, надеясь на безупречность биографии.
Милиционер обманул. Из отделения их выпустили, но обратно на машине не повезли. Отпустили их не одних. Вместе с ними вышел и давешний товарищ Николая Ивановича, который в разговоре и агитации участия не принимал.
- Все. Накрылась шарашка. - Объяснил партийный работник незадачливым туристам.
- Могу я проводить Вас до монастыря. Естественно не бесплатно, но на своей машине до ближайшего населенного пункта и с личным снаряжением. - Предложил он путникам.
- Сколько возьмете? - поинтересовался руководитель экспедиции.
- Не могу себя обидеть, тысяча в день. За меньшие деньги может кого и найдете, но удобств будет на много меньше. - Растягивая "на" и "много" пообещал он туристам.
Владимир Петрович согласился.
- Тогда выезд назначаю на завтра, а сегодня приглашаю в гости.
- А Вас как звать? - поинтересовался Сергей Сергеевич.
- Виктор. Виктор Павлович Савлов.
Компания направилась за проводником.
Глава 25.
Вечером, сидя в благоустроенной квартире Виктора, путешественники выяснили, что он не совсем местный. Точнее, когда-то жил в этом городе, но не найдя подходящей работы отправился десять лет тому назад в столицу за большими деньгами. Там встретил своего бывшего одноклассника, который, волею случая и личных качеств, занимал депутатское кресло. Депутат обрадовался встрече с другом детства и устроил его на не пыльную работу, по совместительству сделав своим помощником, объяснив, что свои люди везде нужны. Одноклассника он считал - своим.
Обжившись в столице, заведя хорошие связи, Савлов не помышлял оставлять насиженное место, но тут к депутату-земляку приехал этот Николай Иванович. Что он рассказывал и в чем убеждал Васю, так звали одноклассника, для Виктора осталось загадкой. Но депутат и партиец, выслушав провинциального мечтателя, решил его не огорчать не вниманием, и отправил своего человека присматривать за новым членом партии на малую родину. Вот хозяин квартиры и жил здесь уже около года, отправляя в Москву отчет о работе руководителя местной парторганизации над новой партийной программой.
Как оказалось, Васины товарищи, посчитали такие его действия не товарищескими. Кто-то почитал это подрывом партийного единения и пока партия не раскололась, его из своих рядов выгнали, да еще завели на него уголовное дело. Директива, пришедшая с верху, обязала местных следователей, проверить деятельность местной парт ячейки, на предмет противоправных действий. Руководителя, Николая Ивановича задержали до выяснения, а его помощника отпустили. Так, что он находился на жизненном перепутье.
- Ну а Вы - буддистские странствующие дервиши? - поинтересовался он у гостей. - В монастырь решили податься?
- Да нет. - Быть правдивым не ко времени было в характере Учителя Человечества. Пока Владимир Петрович обдумывал, что ответить проводнику, тот решил рассказать о своей исключительности. Андреев решил пустить все на самотек. Посчитав Виктора пройдошным малым и надеялся использовать это его качество в своих дальнейших планах, которые начинал обдумывать. Табуреткин меж тем рассказал об урочище Ооара, про пещеру святого Дыына, про камень в форме медведя. Слушая его, проводник кивал головой, делая для себя какие-то выводы.
- Возьмите и меня с собой. Я то урочище хорошо знаю. Вот про пещеру врать не буду, а о камне том слышал. - Попросился Виктор.
- Сколько эта дополнительная услуга потянет? - поинтересовался майор.
- Ни сколько. Из чистого интереса.
- Ну что возьмем? - для проформы поинтересовался руководитель экспедиции у Сергея Сергеевича, заранее зная ответ.
- Возьмем. - Ответствовал тот.
На следующее утро, команда выехала в поселок Бай-Тал.
Всю дорогу Виктор делал предположения о судьбе своего московского друга. Он то начинал рассуждать о наступившем времени, считая его повторением прошлого опыта, периода НЭПа.
- Двадцать четвертый закончился тридцать седьмым. И сейчас то же самое начинается. - Убеждал он себя и других. - Вот увидите. Дали разгуляться, обеспечили народ едой и шмотками. Теперь гайки закручивать будут. Конечно не те времена, но нынешние если не Колыму осваивать, то в Лондон постепенно все съедут. - Рассуждал он об олигархах. - Не может быть, что бы раньше, в КГБ, своего полковника на вшивость не проверили. Да еще перед поездкой в Германию. И партию их, "медвежью", явно гбисты создавали. Взяли КПСС, идеологию выкинули, все остальное оставили и вперед, править народом. И развал союза, и августовский путч, все они придумали. Теперь начнут все назад заворачивать. Абрамов почти все сдал. Я так думаю не видать ему за свою "Свифтнефть" бабок, как своих ушей. С Сахалина всех выживут.
- А с нами чего поехал? - вернул его к действительности Владимир Петрович.
- Есть планы. Дойдем до места расскажу.
- Ведь не веришь, что Табу Ре Ткин пророк.
- Не верю. Но пророками не становятся. Пророков делают. Думаю придем на место, а там кроме козьего говна ни чего не найдем. Это и будет пророчество. Сам дурак - называется. Вот здесь я предложение и сделаю, от которого Вам не легко будет отказаться.
Хотя монастырь в который едем - загадка. Во всякую небесную чушь я конечно не верю, но здесь явно что-то не чисто. Ведь про этот монастырь все знают, а паломников не видать. При Сталине почти всех разогнали, а о них почему-то забыли. На картах его не обозначили, ни в одном справочнике не прописали.
Вскоре были в Бай-Тале. Оказалось, что проводник в данном поселке имеет недвижимость в виде добротного пятистенка, доставшемуся ему по наследству от бабушки. В нем и переночевали. Утром следующего дня, взяв захваченное из города снаряжение, выдвинулись пешим ходом к монастырю.
Путь лежал по мало привлекательной гористой местности. Растительность практически отсутствовала. Редкие деревья и кустарники больше раздражали, чем радовали. Но идти было легко. Воздух был чист, а небо ясно.
Горная дорога вскоре сузилась до размеров тропы. Идти стало труднее.
- Не радостные здесь места. - Поделился впечатлениями Владимир Петрович.
- Зато безопасные. - Ответствовал Виталий.
- Что же здесь безопасного?
- В случае ядерной войны, наиболее безопасны места в гористой местности, вдалеке от промышленных центров.
- Да сейчас вроде спокойно. О ядерной войне ни кто не помышляет.
- Это Вам только кажется. Как говорится: "Если в спектакле на стене весит ружье, то оно обязательно выстрелит". Если есть ядерные арсеналы, то они когда-нибудь да будут применены в дело. Это я гарантирую.