Так думал он, продолжая бежать и забыв обо всём. Он видел перед собой лишь образ выхода — такого далёкого сейчас — несомненно находящегося где-то впереди.
Вот только для него неизвестным было то, что глава отряда всё это время не спускал с него взгляда. Командор выжидал, когда беглец предпримет действия, и сейчас карта легла именно так, как требовалось.
— Стоять, — коротко приказал он.
И каждый остановился, вытянувшись по струнке. Он прошёл среди расступавшихся рыцарей, встал и некоторое время смотрел в спину улепётывавшему солдату. Затем он усмехнулся и прицокнул языком, подумав про себя: «Дурак — всегда дурак».
— Стрелять в голову.
Один взмах руки и трое арбалетчиков встали в линию, в шаге друг от друга. Они зарядили оружие, прицелились.
Деревья стояли часто, вплотную друг к другу, и потому только по небольшой тропке можно было перемещаться тому, кто решил бы сюда зайти. Будто бы сам лес приглашал гостей войти, но так, как ему угодно. Беглецу оттого не было куда деться, он был как на ладони.
И — выстрел. Три стрелы в одну мишень.
Одна стрела проскользнула над ухом солдата, и он испугался, дёрнувшись в сторону, где его настигла вторая и третья — войдя в голову. Солдат только вздрогнул, споткнулся и свалился наземь как куль с зерном. Больше он не двигался.
Арбалетчики продолжали молча ждать на тех же позициях, а все остальные наблюдали без намёка на удивление или возмущение. Уместнее даже сказать, что здесь царило нетерпеливое равнодушие. Только у самого моложавого, по правую руку от командора, солдата холод прошёлся по коже под латами: такого он ещё не видал. Мир для него внезапно стал опасным, грязным и страшным. А торжественная экспедиция обратилась миссией, где неповиновение обернётся смертью.
— Отлично, — только произнёс командор и, развернувшись, отдал команду ближестоящему солдату, который был на голову ниже других: — Собери его провиант. — Командор гаркнул на других рыцарей: — Вы дали клятву и ваши семьи получили золото. Король с вами не кокетничал, когда сказал вам отдать жизнь если будет надо. Но и вернуться вы сможете только по исполнению задания. Следующий предатель пойдёт следом на встречу с богами. А теперь, всем вернуться в строй! И вперёд!
Парнишка не смог двинуться с места, не сводя взгляда с трупа бывшего товарища. Проходившие мимо мужики намеренно задевали парня плечами, выплёвывая замечания, а стрелки — убравшие оружие — возвращались последними, обойдя его, пока смеялись в беседе между собой. Напоследок один из них приобернулся и потрепал мальчишку по волосам.
— Мужайся, малец, — сказал ему тот, скорее с укоризной, чем сочувствием.
Они уходили, а он всё стоял. Он видел перед глазами безграничные поля колосьев, которые были оставлены позади, и ему хотелось вернуться туда. Там, где он ещё подумать не мог, что командор способен отдать такой приказ, а остальные — принять это как должное. Вспомнив, что сам он лишь в шаге от переходящей немилости командора, он очнулся от оцепенения и взял себя в руки. Он поспешил, преодолевая неприятные чувства, клокочущие у него в груди. Сев на корточки, он еле унял приступ тошноты и отвращение и, извинившись перед мертвецом, вынул всё из его набедренной сумки и сунул в рюкзак, размером почти что с рост парнишки: он и ещё двое таскали на себе необходимое для привалов. Юнец стыдливо простился с товарищем, которого все отныне будут вспоминать как труса, поднялся на ослабевших ногах и побежал за отрядом.
※※※
Рыцари продолжали идти. Здесь не было ни короля, ни чужих войск, потому марш давно сменился на обычный шаг, а построение не было строгим. Чем больше углублялись они в лес, тем холоднее становилось, а снег и лёд покрывали как землю, так и деревья. Тишина была словно в царстве мёртвых.
— Чёрта с два я ещё в жизни пойду на службу, — пыхтел один из старших солдат, шедший сразу после командора в первых рядах.