Ника плакала, но телу было настолько хорошо, что она терялась в реальности. Сильные толчки чужого тела заставляли ее естество сходить с ума. И Ника вцепилась зубами в простыню, боясь, что раскрошит их.
Алекс долго не отпускал, ища все новые позы для общего блаженства. Скоро Вероника перестала стесняться быть перед ним обнаженной и легко откидывалась сама, позволяя любоваться высокой грудью и рельефным животиком.
Наконец оба замерли, пережив волну неистовства. И наступило время неги. Алекс ласкал и гладил. Ника расслабленно прижималась к любовнику спиной.
— Почему ты ушла тогда? — наконец задал вопрос Алекс.
— Кто ты? — вместо ответа спросила Ника.
— Гораздо интересней, кто ты?! — заметил Алекс.
— Я никто, просто Ника.
Алекс повернул к себе и горячо поцеловал, растягивая процесс как можно на дольше.
— Ну тогда и я никто, просто Алекс.
Он снова обнял Нику:
— Обещай, что больше так не уйдешь!
— Ты сам не знаешь, чего хочешь, — вдруг обиженно вставила Вероника, вспоминая утреннюю встречу.
— Думаешь? — улыбнулся Алекс.
Ника потихоньку трезвела, она чувствовала себя совершенно потерянной. Мысли возвращались, одна страннее и тревожней другой.
— Хочешь, выпьем чаю? — видя, что девушка явно отстраняется, спросил хозяин дома.
— А почему не вина? — удивилась Ника. Алекс поморщился:
— Разве ты любишь вино?
— Нет, но…
Алекс поцеловал несколько раз и встал с кровати. Снова заглянул в душ, только теперь уже вернулся с халатом для Ники. Он сам подошел и укутал девушку. Потом подхватил на руки.
— Я, кажется, обещал показать дом? — начал Алекс. — Он построен в начале века моим… ум, одним из моих прадедов. Тот выписал московского архитектора и заказал ему особняк в стиле модерн.
Алекс нес свернувшуюся клубком Веронику на руках.
— Здесь несколько спален, внизу кухня, гостиная и кабинет. Совсем недавно сделали хороший ремонт.
Ника слушала, не понимая, как это все относится к ней?
Алекс, тем временем, спустился по необыкновенной лестнице и прошел в зал перед кухней. Здесь он поставил девушку на ноги.
— Готова? — осторожно спросил он.
Ника пожала плечами.
Алекс резко открыл дверь и одновременно зажег свет на кухне. Ника отшатнулась — на нее вылетел целый рой бабочек.
Но когда она присмотрелась внимательней, чуть не заорала.
Бабочки были больше похожи на человечков.
— Не бойся, эти уже безобидные… — заметил невинно Алекс. — В отличие от других, с кем сегодня тебе пришлось общаться.
— Что?! Что это?! — голос срывался на истеричные ноты.
— У них с полсотни имен у разных народов: пикси, феи, тинтинеты, эльфы.
Ника схватила себя за голову и зажмурила глаза.
— Вероника, ты видела зверей и пострашней, разве нет?
— Я просто сумасшедшая! — повторяла девушка, раскачиваясь с носочка на пяточку.
— Успокойся. Смотри, — Алекс щелкнул пальцами и пикси вдруг стали обратно бабочками. — Разве я не предупреждал тебя тогда, что ты слишком много видела?!
Ника молчала.
— Идем, такое лучше переживать с чашкой чая.
Бабочки прекратили свой тревожный полет и расселись по гостиной, но Ника боялась даже прикоснуться к ним.
Алекс за руку втянул её в кухню, не забыв крепко обнять и поцеловать насмерть перепуганную девушку.
— Объясни! — взмолилась Вероника.
— Ты мне не поверишь, — Алекс грациозно управлялся с завариванием чая. Он поставил воду кипеть на настоящий огонь, отчего в стеклянном чайнике скакали чаинки. И Нике вдруг очень захотелось, чтоб были только чаинки, а не вот это вот все за дверью.
— Я сумасшедшая? — снова повторила Ника.
— Ты отличаешься от остальных, обычные люди действительно этого не видят, — уклончиво заметил Алекс. — Я только не могу понять причину почему.
Ника молчала. А Алекс продолжил:
— Прежде всего, мы сводим тебя к врачу.
— Психиатру? — упавшим голосом спросила Вероника, понимая, что как-то все догадались, что её мучают глюки.
— Нет. Нужно сделать МРТ.
— Это зачем? — изумилась Ника.
Алекс тревожно передёрнул плечами:
— Просто нужно проверить… все.
Вероника продолжала смотреть с недоверием.
— Не гляди на меня волчонком, — посмеялся Алекс. Вздохнул, а потом продолжил: — Да, есть такая вероятность, что видишь ты несколько больше из-за какой-нибудь болезни, — Алекс явно не договаривал.
— Шизофрении? — прямо спросила Ника.
— Эм, — озадачился Алекс. — Нет, я не об этом.