— Зачем… ты… так? — чтобы произнести эту фразу, Веронике потребовалась вся её сила воли. Даже мысль о непокорности вселяла неестественный ужас.
— Как ты там сказала? Я, умм, ублюдок? Надо оправдывать чужие ожидания, не так ли? Вот я сейчас оправдываю твои… — с этим он мягко провел по плечам Вероники губкой, метка разве что не запела.
— Это… не… — выговорить до конца Ника не могла
— Неправильно? — переспросил Алекс. — А лгать мне правильно? Изменять? Скажи, это правильно?
— О чем ты? — Ника искренне недоумевала.
— Я такой дурак — поверил лисе! Как же умен твой дядюшка, отдаю ему должное. Скажи, ты ведь сразу меня убьёшь? Стоит мне снять чары, как ты потянешься к ножу?
Ника молчала.
— Как все точно было продумано. Все! Твоя невинная человеческая природа, все встречи, все обстоятельства. Меня вынудили поставить на тебе метку, из страха потерять, из страха, что псы тебя убьют! Но как красиво швырнули мою слабость мне в лицо… Восхищаюсь. Ты ведь здесь, чтобы убить меня, правда, девочка моя?
— Да, — Ника знала, что он прав. Чары действовали так, что она бы не смогла соврать. Этакий детектор лжи…
— Моя лисонька! — с этим Алекс провел рукой по шее Вероники. — Убить меня и обезоружить так всех кошек. Весь мой клан, весь мой род… И уничтожить! Но он придумал еще лучше! Заставить меня убить тебя, прилюдно оскорбив! Умно… Гениально умно.
— Отпусти меня, — Вероника мотыльком ударялась о клетку из чар. Думать не выходило. Но она хорошо понимала, что именно это сейчас так необходимо!
— Нет.
— Мы все погибнем, — через усилие произнесла Вероника, всем существом она тянулась к кольцу, но не могла пошевелить ни рукой, ни ногой.
— Нет, это вы все погибните. А моя семья будет жить! — прорычал Мамаев.
Он отбросил губку, с силой повернул голову Ники к себе, а потом резко отпустил. Воевать с безвольной куклой было глупо. Как и любить её. Алекс зло выдохнул. Помолчал минуту.
— Где спальня, ты знаешь.
Он ушел вниз, Вероника еще долго лежала в купели с водой, пытаясь вернуть хоть часть мыслей.
Но ничего не вышло. Она так и не смогла встать из уже остывшей воды. Бессилие оглушало.
Глава 32. Кухонные переговоры
Ника проснулась одна, всю ночь ей чудилось, что её все-таки обнимали, но теперь она четко поняла, что только чудилось. В кровать, конечно, отнесли, но рядом не ложились. Спать с врагом — смертельно опасная затея!
Ника только открыла глаза, как ватное одеяло безволия и бездумья навалилось духотой. Веронике почудилось, что она пленница своего же тела, своего разума.
Сил хватило только на то, чтобы спуститься на первый этаж. И замереть там, разглядывая чаинки заваренного для нее чая. Заваренного врагом, кровавым тираном, убийцей отца!
Вдруг дверь скрипнула, метка потеплела, предупреждая о кошачьих, но как-то слабо, не в полную силу. Вероника не стала оборачиваться… Это не Хозяин.
Хозяин…
Вероника тупо смотрела вперед себя.
— Н-дааа, — выдохнули позади. — Я и не думал, что так можно…
Ник Мамаев появился прямо перед Никой.
— Ну как, лисичка, нравится? — задиристо спросил он.
Вероника краем мысли успела разозлиться, но чувство просто утонуло в бездумном отупении. Ник перестал зло скалиться в улыбке.
— На, пей, — с этим он протянул флягу. Вероника непонимающе смотрела на флягу, затем на Ника. — Слышь, женщина! Тебе же не лоботомию сделали! Пей, кому говорю, а то силой лить буду!
Никино сознание цеплялось за слова, но выбраться не получалось. Мамаев выругался еще раз, пошарился по полкам, нашел стакан, налил в него жидкость из фляги. На вид была простая вода. Он поставил стакан перед Вероникой.
— Пей! Разговор есть. О Маргарите.
Ника с невероятным усилием взяла стакан и сделала глоток. Вода, простая вода… Ничего больше.
— Лихо же Алекс взбесился… — заметил Мамаев, наблюдая за Вероникой.
Нике показалось, что кто-то открыл окно настежь и в душной комнате стало возможно дышать. Она даже несколько шумных вздохов сделала.
— Полегче? — поинтересовался Ник.
Вероника резко вскинула голову, мысли лавиной сошли, обескураживая, сшибая с ног, заставляя действовать. Ника подскочила и тут же вцепилась в беспечно оставленные на столешнице нож.
— Эй-эй, полегче, подруга! — Ник выставил руки вперед. — Пожалуйста, не заставляй меня усомниться в правильности выбора!
Вероника немного остыла, первая волна схлынула.