В перерыве перед заключительным периодом Всеволод Михалыч расхаживал по раздевалке и удовлетворённо потирал руки. Наверное, перед поездкой он голову ломал, как сделать так, чтобы мы выкладывались в каждой товарищеской игре на все сто процентов. Удачно подвернулась новая забава, статистические плюсики и минусики, и никого подгонять не надо, все бегут сами.
— «Спартак» пока не оправдываете ожидания, — сказал главный тренер. — У всех полезность положительная, а у вас отрицательная. Жду в третьем периоде от вас другой игры. Новых неожиданных решений. Вот берите пример с Виктора Сергеевича Коноваленко у него уже +2 — лучшая полезность среди всех. — Бобров ткнул пальцем в бумажку со статистикой.
— А Сергеичу пропускать и нельзя, — сказал я. — Он ведь часовым поставлен у ворот, а за спиной уже полоса пограничная идёт.
— Да, — усмехнулся Харламов. — Так и партбилет можно на стол положить. Если за границу будет много залетать.
Народ в раздевалке устало и тихо захихикал.
— Не смешно, — разом остудил хоккеистов переводчик Виктор Алексеевич, который только что незаметно для всех появился в раздевалке. — Такими вещами, как партбилет, не шутят.
— А если и шутят, то на комсомольских стройках Колымы. — Абсолютно с серьезным лицом добавил я. — Смотри у меня! — Погрозил я Харламову.
Третий и заключительный период для юниора Александра Скворцова начался крайне неудачно. Буквально во второй смене пятёрке Федотова, в которой он играл правого крайнего нападающего, удалась красивая комбинация. Викулов промчался по своему правому краю, сделал пас на Федотова, а тот вывел на пустой угол Скворцова. Однако шайба предательски соскочила с крюка, возможно, помешало более хладнокровно сыграть большое желание забить, и бросок получился слабым и не точным. А затем Саша Скворцов в запале клюшкой ударил по ногам убегающего в контратаку финского игрока. Как итог: две минуты меньшинства и загубленный почти стопроцентный момент.
Никто ничего обидного Александру не сказал, с кем в игре не бывает. Но легче от этого самому хоккеисту не стало. На лёд же держать оборону Всеволод Бобров выпустил защитников: Фёдорова и Куликова с нападающими: Тафгаевым и Александровым. «Сейчас разыграют свою излюбленную комбинацию — контратака с длинным пасом на рывок «Малыша», — подумал, сидя в боксе для оштрафованных Скворцов. — И почему Тафгай именно с Александровым нашёл общий язык? Почему не со мной и Ковиным, с которым и начинали чемпионат? Странно».
И действительно, как и предполагал новобранец сборной, Тафгаев выиграл вбрасывание, защитник Фёдоров навесом бросил шайбу на центральную красную линию и Борька улетел от финнов как на мотоцикле. Дальше всё было делом техники, да и финский вратарь явно сыграл не лучшим образом, шайбу которую хитро запустил Александров, Валтонен пропустил между щитков, 1: 6. А болельщики хозяев льда, которые шумно поддерживали свою команду два периода, вдруг медленно потянулись на выход. «Всё, дело сделано, соперник выбрасывает белый флаг», — подумал Скворцов.
После финальной сирены в раздевалке, расталкивая друг друга, хоккеисты кинулись смотреть свои статистические показатели. Кто-то был недоволен, что мало находился на льду, кто-то морщился, разглядывая плюсики у одних и отсутствие плюсиков у себя. Например пятёрка Свистухина, которая сделала счёт 1: 7, свела свою полезность к нулю. Шайбу забросил Якушев, а его партнёры записали себе по результативной передаче. Ещё под занавес отличился Валерий Харламов, доведя разгром «страны тысячи озёр» до 1: 8. Вроде бы партнёры по его пятёрке должны были радоваться, но шайбу он забросил сам, отобрав её у соперника и совершив сольный проход. Поэтому он получил плюс ещё один гол, а остальные только по плюсу в графу полезность. Кстати, самым полезным в команде ожидаемо стал вратарь Виктор Коноваленко, который за матч заработал +5. Так-то должно было быть +7, но две шайбы, что команда забросила в большинстве не в счёт.
— Товарищи хоккеисты, прошу вашего внимания! — Хлопнул несколько раз в ладоши переводчик Виктор Алексеевич. — Сейчас приводим себя в порядок и дружно садимся в автобус. Нас ждёт товарищеский ужин с хоккеистами финской команды.
— Я не поеду, — сказал я голосом, не терпящим возражений. — Во-первых, на дружеском ужине с финнами я уже был, и эти прекрасные парни через 15 минут меня уже не отличат от индейца из племени Ирокезов. Во-вторых, у меня режим.