— Кого отцепишь от сборной? — Задал я первый вопрос, когда мы вышагивали по потрескавшемуся асфальту.
— Вратаря Третьяка, — пожал плечами Михалыч. — Он возможно и лучше, чем Саша Пашков, но хуже Коноваленко и Минеева, которые владеют новым вратарским стилем. А Пашков пусть у них учится. Из двенадцати защитников оставлю десять. Это три основные пары защитников, те которые играли в Праге. Женя Паладьев — это первый запасной. Астафьев и Гордеев из Горького и Тюрин из «Крыльев» поедут для ровного счёта, чтобы было комфортно работать на тренировках. С нападающими ещё проще. У нас сейчас их 18, а нужно 15. Горьковчан Сашу Федотова и Сашу Скворцова отправлю домой и Толю Фирсова тоже. Скворец молодой ещё, Федот уступает остальным центральным игрокам. Боря Александров тоже молодой, но он уже плотно сбитый как мужик, и в силовой борьбе хорош. Что касается Фирсова, у него худшая статистика.
— У Мишакова тоже статистика хуже некуда, — резонно заметил я. — Да и Викулов сильно сдал после Праги.
— Володя Викулов снайпер от бога, — разозлился Всеволод Михалыч. — А Женя Мишаков, Валера Васильев и ты — это единственные хоккеисты, кто может на кулаках по-настоящему разобраться с профессионалами. А как тебе новая тройка: Капустин — Якушев — Балдерис? Правда, хороша? Да и «Крылышки» тоже ничего: Лебедев — Анисин — Бодунов.
— Михалыч, ну раз ты всё сам решил, зачем звал-то? — Я остановился. — Выбор считаю, ты сделал верный. Это и по статистике видно, да и по игре.
— Странно всё как-то, — замялся Всеволод Михалыч. — Помнишь, как нервы мотали перед Олимпиадой? Как перед Прагой «дергали»? Бегали накачки устраивали, вы должны, на вас смотрит вся страна! А сейчас как будто всем руководителям Спорткомитета всё равно как сыграем.
— Точно, — хохотнул я. — Ни квартир, ни машин не обещают, ни званий, ни премий. Но это сейчас и не важно. А вот Суперсерию взять — это сверхзадача на века.
Во вторник 29-го августа переполненный дворец спорта «Лужники» свистел, галдел и топал ногами. Ну, ещё бы, кому понравится бестолковая беготня почти без точных бросков по воротам все первые двадцать минут игры ещё десять минут второго периода?
— Я думал у нас только футболисты кривоногие! — Так громко жаловался один болельщик другому, что их разговор долетал до скамейки запасных, где сидел я. — Так у нас и хоккеисты всё с кривыми клюшками и глазомером!
— Не гони на футбол! — Отвечал другой болельщик. — Наше московское «Динамо» дошло до финала Кубка кубков!
— Ну и х…ли?! — Крикнул первый любитель спорта. — Играли с «Глазго Рейнджерс» в Испании, проиграли — 2: 3. Удалось добиться переигровки, из-за того что зрители не дали нормально закончить игру, а толку?! Все равно потом в Вене просрали, так же — 2: 3!
— Вы играть сегодня будете или нет?! — Кто-то гаркнул с верхотуры и отчаянно засвистел.
Внезапно на скамейку запасных прибежал администратор Анатолий Сеглин и заорал:
— Канадские скауты поехали водку пить в «Интурист»! Кончай ломать комедию!
— Ну, наконец-то, — смахнул пот со лба старший тренер Всеволод Бобров. — Пятёрка Тафгаева на лёд! Хватит «вату катать», покажите народу настоящий хоккей!
Последняя товарищеская игра на родном льду проходила в необычном формате, две на две пятёрки, сборная первая против сборной второй. Так как часть игроков разъехалась по домам. Кто-то покинул базу с облегчением, кто-то затаив обиду, а Толя Фирсов при отъезде очень серьезно поругался с Всеволодом Бобровым. Иногда бывает, что спортсменов захлёстывают эмоции, но тут «нашла коса на камень». И дело могло бы дойти до драки, однако вмешался я с Валерой Васильевым, и мы инцидент погасили за три секунды, а вот «осадочек» неприятный остался.
Первой сборной руководил Бобров. И в его распоряжении имелась моя пятёрка и пятёрка Саши Якушева. А второй командой «рулили» его помощник Кулагин, он решил в матче использовать звено Володи Петрова и родную пятёрку Славы Анисина из «Крыльев советов».
— «Малыш», Есенин, — обратился я к Александрову и Мальцеву, прикрыв крагой рот. — Сейчас разыграем очень простую, но эффективную комбинацию. Кто-нибудь из вас по флангу должен привезти шайбу в зону атаки и не глядя отбросить её себе за спину в сторону центра площадки.
— Ну и чё потом будет? — Прищурился как одноглазый пират Боря Александров.