— Мамонты! — Подсказал Валерий Харламов.
— Да хоть динозавры! Но темп надо держать! — Всеволод Михалыч потряс своим кулаком.
Я покрутил головой по сторонам, когда уже немного пришёл в себя и глотнул чая, в поисках главы нашей делегации Георгия Рогульского, чтобы напомнить ему про 300 долларов премии. Но тот куда-то свинтил. И вряд ли он побежал искать деньги, скорее всего сейчас где-то звонил в центр для получения новых инструкций. А вдруг мы победим и что тогда делать?
— Чую, не заплатят нам премию, — тихо пробормотал Саша Мальцев, — даже если мы Канаду и разгромим.
— Посмотрим ещё, — так же тихо ответил я.
А третий период, как нас не гнал вперёд Всеволод Бобров при моральной поддержке второго тренера Бориса Кулагина, мы подсознательно начали осторожно, больше уделяя внимание обороне. Зрители в монреальском «Форуме» недовольно гудели, и даже иногда освистывали собственную команду.
«Что-то Бобби Кларка не видно, — подумал я. — Хорошо я его приголубил. А ведь третью шайбу нам должен был забросить именно Кларк. Всё чудесатее и чудесатее становится будущее!». Но зря я грешил на будущее, так как на 48-ой минуте третьего периода тройка нападения канадцев Рон Эллис, Ред Беренсон, который заменил Кларка, и Пол Хендерсон, отквитали одну шайбу, сделав счёт — 3: 4. Трибуны почувствовав, что грядёт неминуемая расплата над проклятыми коммуняками, буквально сошла с ума. Поднялся невообразимый крик, свит и топот ног.
— Кому сказано было, что темп надо держать?! — Гаркнул обидевшись на нас Всеволод Михалыч.
А появившийся из ниоткуда за моей спиной глава делегации Георгий Рогульский весело шепнул мне на ухо:
— Хрен тебе, Тафгай, а не премия.
— Будущее рассудит, Георгий Михайлович, — криво усмехнулся я.
В московской квартире хоккеистов сборной СССР, которые шесть часов назад уже завершили этот исторический матч, но для сидящих на кухне своих подруг эта игра из прошлого был самым настоящим настоящим, и поэтому держал в напряжении, вновь стало неспокойно.
— Ой, девочки, мне что-то нехорошо, — пробормотала Алёнка, покосившись на Веру и Свету. — Говорила же, надо было бутылку сухого вина купить. Сколько хоть там играть-то осталось?
— До конца встречи осталось десять минут, — сообщил из телевизора Николай Озеров. — Команды меняются воротами. Да, не удалось развить успех нашей сборной после фееричного второго периода. Счёт — 3: 4, и можно сказать с полной уверенностью, что теперь в игре всё опять начинается сначала, ведь канадские профессионалы всегда бьются до последней секунды.
— Чтоб им пусто было, профессионалам, — буркнула Вера. — Я пойду, валерьянки накапаю.
— Только коту не показывай, а то опять будет бегать по квартире как ненормальный, — нервно хохотнула Алёнка и вперилась в экран, потому что там неудержимые канадцы бросились тут же штурмовать ворота Виктора Коноваленко.
— Выбрасывай шайбу, выбрасывай! — Завизжали девчонки хором. — Нууу! Ху!
— Какой бы опаснейший момент! — выдохнул облегчённо телекомментатор. — Прекрасная игра Коноваленко. Однако пора бы наладить и свою контригру. Внимание на льду появляется пятёрка Петрова с Михайловым и Харламовым по краям. Нужно обязательно отодвинуть игру от наших ворот. Но Владимир Петров вновь проигрывает вбрасывание, и канадский нападающий бросает в упор! Вновь Коноваленко на высоте! Борьба в нашей зоне, серия ошибок и шайбу подхватывает Владимир Петров, выходит в среднюю зону, пас на Михайлова. Борис обыгрывает одного, выманивает обманным движением вратаря, бросок. Гоооол! 3: 5 в нашу пользу! Какая у нас молодая и замечательная команда. Многие специалисты ещё задолго до вылета в Канаду ставили в укор Всеволоду Боброву, что он не взял многих прославленных мастеров с собой. Но как показала сегодняшняя встреча, старший тренер был совершенно прав. Но матч ещё не окончен. Итак, на лёд выходит пятёрка Тафгаева.
— Аааа! Наши вышли! — Завизжала Алёнка.
— Ваня давай! — Крикнула Светка. — Давай Ваня!
— Мужики, надо Канаду дожать! — Бросил я, встав на точку вбрасывания. — Хелло, Филя, — поздоровался с Эспозио, который встал напротив меня в центральном круге.
— Дэмн коммунист! — Обозвал меня «чертовым коммунистом» Фил.
— Сам ты, якобинец! — Буркнул я и выиграл шайбу.
«А ребятки-то уже всё — поплыли, нет силёнок играть в таком темпе», — зло усмехнулся я и крикнул: