Из раздевалки на улицу, где сегодня обещали до пятнадцати градусов тепла, я вышел последним. Перемахнул через борт, застегнул каску, в которых по регламенту должны были играть все, и стал нарезать круги по своей правой половине поля. Всегда любил перед игрой немного пропотеть. Мужики же весело принялись обстреливать вратаря Валеру в новенькой хоккейной экипировке. Кроме шлема, мы ему наклеили дополнительный поролон под прохудившиеся уже нагрудники, на ту часть, которая защищает тело от пояса до плеч. Да и нашей «инвалидной команде» клюшки с загнутым крюком понравились. Броски ведь получались совсем другой силы и точности.
На первую игру к восьми часам утра на бетонных трибунах с деревянными скамейками разместилось человек двадцать. Пришли самые преданные автозаводские болельщики, среди которых оказались и незнакомые девушки. Мой сосед Василёк тоже пожаловал, тем более ему не терпелось посмотреть вратарские шлемы в деле. И конечно, обязательный атрибут всех соревнований — это наша дорогая медицина. Сегодня в бригаду врачей напросилась и Ольга Борисовна, которая сейчас смотрела на меня как заядлая сладкоежка на свеженькое пирожное.
Ведь в четверг я зашёл к ней в медпункт измерить температуру два раза, а в пятницу за витаминками и глюкозой забежал аж трижды. Что делать, когда подруги постоянной нет? Видать перед хоккейным турниром нервы совсем расшалились. Можно было конечно и в женское общежитие заглянуть на часок, узнать, что новенького преподают в школе рабочей молодёжи, полистать школьные учебники, посмотреть конспекты. Но поход к девчонкам в общагу, дело не безопасное, это всё равно, что гулять по минному полю, неизвестно где и как рванёт. Поэтому Оля во всех отношениях, особенно в этом самом, выглядела настоящим проверенным и надёжным товарищем.
Тем временем на левой половине хоккейной коробки разминалась команда из строительного цеха. Я отметил про себя, что наши заводские работники штапеля и мастерка в большинстве своём оказались ребятами молодыми и физически крепкими. Наверное, накачались на работах связанных с размешиванием бетонного раствора. И тут на лёд выехал, судя по полосатому свитеру, главный и единственный судья матча, и дунул в свисток.
— Ну, граждане алкоголики, хулиганы, тунеядцы. Кто хочет сегодня поиграть в хоккей? — Усмехнулся он.
— Огласите весь список, пожалуйста, — улыбнулся и я.
— Владимир Данилович, здравствуйте, — к судье подъехал физорг Самсонов и пожал руку. — Это Володя Кудряшов, из серебряного состава 61 года, — шепнул мне на ухо Палыч.
На центр ледяного поля выкатилась команда и строительного цеха. Мужики тоже уважительно пожали крепкую ладонь бывшему игроку главной команды города.
— Товарищ судья, внесите в протокол, — стал настаивать я. — Строители отказываются от нашего запасного вратарского шлема. Если зашибу паренька на воротах, то просьба милицию, суд и работников прокуратуры не беспокоить!
— Зашибалка ещё не отросла, — сплюнул на искусственный лёд центральный нападающий отчаянных ребят с левой половины площадки.
— Через десять секунд начинаем, — равнодушно сказал судья. — Лишних игроков уберите на скамейку запасных. Напоминаю регламент, играем два тайма по десять минут чистого игрового времени.
Я собрал ледовую дружину наших ремонтных цехов на синей линии. Если на баскетболе руководили игрой ПТУшники, то в хоккее верховодил командой я:
— В защите начнут игру: Казимир и Палыч. В нападении: Кир — слева, Меф — справа, я — центр. Игорич — заменишь Казимира, как только он по физике подсядет, а потом и Палычу дашь минуту отдышаться. Ну, всё, погнали наши городских…
— А я? — Хлопнул от обиды по льду клюшкой Данилыч.
— А? Ты ещё, — я почесал затылок через каску. — Как ветеран футбольного хоккея сменишь наших молодых крайков, сначала Кирилла, потом Мефодия.
— Вот так всегда, — заворчал Данилыч, покатив на скамейку запасных. — Больше всех стараешься, тренируешься, а как играть, так хрен тебе.
Перед стартовым вбрасыванием я ещё подъехал к бортику, около которого отчаянно жестикулировал сосед Василий.
— Как же второй шлем? Неужели не нужен? — Чуть не расплакавшись, спросил он.
— Не дрейф, сейчас засвечу их вратарю шайбой в лобешник, — подмигнул я. — Сдашь им наше изобретение на прокат за рубль. Запомни, дураков всегда учить надо.