— Я же кажется, сказал, — обиделся Волков, — через месяц организм её перестанет воспринимать. Ну и это, с женщинами…
— Короче шаманидзе? — Чуть ли не прорычал Валерка Васильев.
— На женщин вас будет тянуть с удвоенной силой. В незапамятные времена после разных войн и эпидемий таким образом рождаемость поднимали, — пролепетал шаман.
— Ну, это можно сказать — не считается, — загоготал Васильев. — Это можно сказать — бонус.
Не знаю, чем рассмешило мужиков слово «бонус», но ночная гостиная вновь наполнилась громким мужским хохотом. Я же подошёл к настенному календарю, на котором знойная красотка позировала около автомобиля марки «Форд», и обвёл красной шариковой ручкой число 28-е ноября в кружок.
В среду 28-го ноября в нашем, так называемом, «хоккейном городке» царил самый настоящий переполох. Пару дней назад на моё имя пришла телеграмма из Москвы, которая гласила, что для съёмки 25-минутного документального фильма в Принстон прилетает съемочная группа во главе с Николаем Николаевичем Озеровым. Затем мне ещё позвонил глава федерации хоккея Андрей Васильевич Старовойтов и обрадовал, что снимать киношники будут целый день, ибо в картину должны попасть — наш быть, досуг и фрагменты хоккейного матча. На мой вопрос: «Когда мы увидим наши деньги, полагающиеся команде по контракту?», Старовойтов ответил, что скоро. Какой временной промежуток закладывал Андрей Васильевич в слово «скоро», он пояснить отказался. «Ничего, — подумал я, — через месяц вы у меня так запоёте, что обзавидуются „звёзды“ советской и зарубежной эстрады. Я вас „Землю в иллюминаторе“ хором петь заставлю».
— Иван, чё с Йобчиком и Хити делать будем? — Спросил, забежав поутру в мой с Харламовым дом, Валера Васильев.
Дело в том, что из-за шаманского чая, дающего специфический побочный эффект, больше всех из команды пострадали два наших холостяка. После того, как я им обрисовал возможные проблемы, если они побегут снимать сексуальное напряжение к серьёзным девушкам из местного университета, парни зачастили в гости к женщинам с низкой социальной ответственностью. Более того, полторы недели назад Веслав и Руди привезли в дом двух постоянных сексуальных партнёрш, чтобы каждый раз не мотаться в бордель за 20 километров от Принстона. И всё бы ничего, но возраст этих дам перевалил далеко за третий десяток, да и внешность жриц любви тянула максимум на троечку. Поэтому сегодня перед кинокамерой выдать таких проституток за жён польского и югославского хоккеистов было неприемлемо.
— Скажи нашим сексуальным гигантам, чтобы их пассии притворились учителями английского языка, — ответил я, драя в своей гостиной пол. — Пусть оденутся поскромнее и возьмут в руки книжки. Я потом эту новую «услугу» оплачу сам.
— Нормально, — хохотнул защитник. — А чё делать с Хатулёвым?
С Виктором ситуация сложилась ещё хуже. Его законная супруга Наталья, когда после отъезда пятёрки хоккеистов освободилось сразу два домика, тут же переехала в один из них, заняв там одну спальню. В другой спальне поселился шаман Джон Смит Волков. Не знаю, о чём они вечерами разговаривали, но договорились до того, что возжелали связать друг друга узами брака. А к Хатулёву, оставшемуся одному в большом двухэтажном доме, переехала студентка Принстонского университета Мэри Милтон, которая его уже не один день преследовала. В этом случае шаманский чай, помогавший команде побеждать на хоккейных площадках Северной Америки, сыграл на руку не совсем нормальной девушки.
— Живём как на пороховой бочке, — проворчал я, окунув половую тряпку в ведро с водой. — Хорошо, хоть моя Лиза улетела к родителям в Чикаго. Сейчас комнату домою и сам поговорю с Натальей, чтобы она на камеру немного поулыбалась и посидела рядом с Хатулёвым.
— А как же эта студентка психическая? Она ведь махом скандал закатит. Недавно Витька помог моей жене покупки до порога донести, так американка это заметила и орала словно её кто-то зарезал, дура.
— Есть предложение! — Хохотнул Валерий Харламов, спускаясь со второго этажа, где он с женой Мариной мыл пол. — Давайте её утопим. А что? Озеро рядом подходящее имеется, привяжем камень к ногам и концы в воду, ха-ха.
— Юмор у тебя, Харлам, не качественный, — обидевшись пробурчал Василев, пока мы от души хохотали, так как эта шутка за прошедший месяц стала традиционной.
К примеру: вратарь соперника вытворяет в рамке чудеса, что делать? Ясно что — давайте его утопим! Или судья подсуживает другой команде, что делать? И его давайте утопим. Один раз наш водитель свернул с автострады не туда, и весь автобус ржал, обсуждая предложение водилу утопить к чёртовой матери.