– Кто?!!! – в недоумении, чуть не воскликнул Шакулин. – Леший?!!!
– Ну, да, леший, – по-прежнему без эмоций подтвердил Нестеров, продолжая нехотя шарить в ящике. – Фу-у-у. Устал я что-то, – громко выдохнул он, похоже, так и не найдя ничего нужного в выдвижном ящике, и откинувшись на спинку кресла.
– Подождите, Валерий Викторович, какой еще леший?
– Ну, так прозвали его. Вы думали, что только в сказках бывают лешие?
Лейтенант не стал ничего отвечать, но по виду можно было сказать, что он недопонимает, что за лапшу ему вешают на уши.
– Многие считают, – продолжал Нестеров, пыхтя в поисках чего-то в следующем выдвижном ящике, – что лешие, это снежный человек, которого здесь якобы видели когда-то. Но снежный человек – полная чушь, по крайней мере, здесь он никогда не жил. Уж поверьте мне. А если кто и видел снежного человека, то на самом деле встречал одного из леших.
Шакулин без энтузиазма, с легким прищурим подозрительности, смотрел на Нестерова.
– Их что, несколько здесь, леших этих?
Наконец, Нестеров нашел-таки то, что искал. И прокряхтев, положил на стол стопку бумаги, пожелтевшей от старости, с проржавевшей скрепкой.
– О, нет! – проговорил Шакулин и закатил глаза кверху.
– Почитайте, – Нестеров придвинул к нему желтые листы, – это доклад члена Русского географического общества графа Матыцкого об итогах его экспедиции по Южно-Уральским территориям 1903 года.
– Поляк, что ли? Староватый доклад, – заметил лейтенант.
– Но до сих пор актуальный. – Нестеров широко зевнул. – Вы знаете, товарищ лейтенант, вы посидите, почитайте, а я пойду на диване вздремну до прихода остальных.
– Угу, – промычал Шакулин.
Нестеров двинулся к дивану, стоявшему позади длинной книжной стенки. Стенка скрывала диван от взора входящих в кабинет, потому это место было выгодным для отдыха.
Шакулин же погрузился в чтение доклада графа Матыцкого.
Большая часть доклада, как и предположил вначале лейтенант, была посвящена результатам изыскательских работ. Искала экспедиция графа преимущественно новые залежи руды, попутно подготавливая демографическую статистику Южного Урала. Но в одном месте, где граф подробно рассказывает о работах экспедиции в местности поселка Магнитка и города Златоуста, имелось любопытное повествование о том, как сам граф и еще пятеро его человек, которых он перечислял в докладе, имели счастье поучаствовать в одной интересной перипетии. Согласно записям Матыцкого, в Большом логе, близ Круглой горы (видимо, это была Круглица), его отряд в сумерках наткнулся на труп огромного не виданного доселе животного. Мордой чудище не было похоже ни на одного из известных ему зверей. По-видимому, передвигаться оно должно было на четырех лапах. Длина чудища от головы до конца туловища, у которого не было хвоста, составляла почти три метра. Мощная круглая голова была посажена прямо на плечи, то есть шеи, как таковой не было. Чудище обладало большими лапами с острыми когтями. По всему телу шел покров из плотной черно-коричневой шерсти. Но самое главное, зверь, казалось, не имел пасти, или рта.
Однако это была лишь прелюдия к рассказу. Отряд Матыцкого решил взять с собой тело чудища, ведь открытие могло стать просто феноменальным. Наспех соорудив из ветвей елок некую кушетку, экспедиционеры впятером потащили многокилограммовый груз к стоянке основного лагеря. Дело было в августе. По записям графа, в момент находки на часах значилось восемь вечера. До лагеря, который располагался в поселке Верхние Киалимские угли (нынешнее расположение Киалимского кордона), оставалось километров пять по лесу.
Уже в первые минуты похода все участники отряда стали ощущать некое присутствие вокруг них какого-то невидимого провожатого. Как отмечал граф, до находки чудища, такое чувство их не посетило ни разу. Страх начинал нарастать, тем более что в лесу очень быстро темнело. Все люди в отряде ежеминутно озирались по сторонам. Эффект присутствия был очень-очень явственным. Ноша оказалась крайне тяжелой, отряд двигался медленно. Пройдя, что-то около двух километров почти за два часа, Матыцкий принял решение тщательно забросать остатки чудища ветками, пометить место, и завтра с утра вернуться с большими силами. Сейчас же было решено возвращаться в поселок.
На трех еловых стволах, окружавших маскировочный схрон, были нанесены характерные зарубки. Кроме того, один из членов отряда залез на дерево и зафиксировал по азимуту их положение, относительно горы Круглой. Слезая же, он вдруг закричал, что видит сверху, некое движение в зарослях недалеко от группы. Что-то большое и черное быстрой тенью перемещалось от дерева к дереву. Отряд занял оборону, подсознательные страхи, преследовавшие экспедиционеров, начинали приобретать реальный облик. Наблюдавший с дерева кричал, что это возможно медведь. Но все ждали появления второго чудища, анатомия первого не внушала особых симпатий. Однако движение прекратилось, наблюдатель потерял из виду нечто, что он заприметил. Через несколько минут отряд снялся с места, трое людей с ружьями продолжали держать оружие наготове. Ощущение, что их по-прежнему кто-то ведет, скрываясь во тьме чащи, никак не пропадало.