– Неплохой вид. – Листровский, выпуская дымок изо рта, показал в направлении горы.
Шакулин молча согласно покачал головой. Он тоже любовался этой живой картинкой.
Горизонт размеренно скрывался темной вуалью ночи. На небе сверкали миллиарды звезд. Почти в зените светила чуть голубоватая Вега, вокруг которой небольшим отрядом выстроились ее соседи из созвездия Лиры. Чуть левее и ниже человеческий глаз мог найти полосу из трех звезд, с наиболее яркой посередине, это был Альтаир, альфа Орла. А выше сверкал большой крест, составленный из одинаковых на вид белых светил – Лебедь, в заднем оперении которого, выделялся Денеб. Эти три звезды – Вега, Альтаир и Денеб, составляют так называемый «осеннее-летний треугольник» и всегда приковывают к себе внимание в теплые ночи на северных широтах.
Через этот треугольник протекает Великая небесная река – Млечный Путь. Ее русло как полноводный Конго, насыщенно и широко. И многие века люди с благоговением взирали на звездную реку, даже не подозревая, что сами являются частью этого грандиозного шедевра. Ведь Млечный путь, это галактика. Галактика, в который живем все мы. Галактика, на одной из ветвей которой живет наш милый желтый карлик – Солнце. И находясь внутри Млечного Пути, люди имеют возможность смотреть на остальные миры нашего общего материка, странствующего в бескрайних водах Вселенной.
Глава одиннадцатая. Охота
Большая комната жилого барака на Киалимском кордоне была просторной. В дальнем углу располагались восемь двухъярусных деревянных кроватей, на которых и разместилась вся группа Барышкова, включая Шакулина с Листровским. Чуть ближе к входу стоял длинный обеденный стол, на нем были развернуты две карты Таганая: одна – топографическая, другая – тоже топографическая, только разделенная на множество мелких оперативных квадратов. У стола находились двое чекистов и Барышков. В свете тусклой лампочки они обсуждали план действий.
– Итак, лейтенант, – обратился к Шакулину Листровский, – ваш Глазьев утверждает, что лучше ловить зверя, выманив его на курумник.
Барышков оторвал взгляд от карты:
– А Глазьев, это у нас кто? – уточнил он.
– Это местный охотник чуть ли не в пятом поколении, – ответил Листровский.
Было видно, что Листровский уже не раз работал с Барышковым. Сам командир спецотряда держался более чем спокойно и раскованно. Вид он производил максимально уверенный, отличался внимательным живым взглядом, по лицу часто бегала улыбка с оттенками скепсиса. Шакулину Барышков нравился, в нем чувствовалась умная сила, так бы он сформулировал свои наблюдения в тот момент.
– Охотник, это хорошо, – произнес Барышков и снова погрузился взглядом в карту. – То есть он предлагает встретиться с нашими лесными незнакомцами прямо на камнях, так что ли?
Листровский слегка замялся с ответом.
– В целом, да. Я прав, Сергей?
Шакулин кивнул.
– Вот только Глазьев предлагает устроить ловушку на другого зверя, – продолжил Листровский.
– На какого? – не меняя интонации, спросил Барышков.
– Он все на оборотня охотится.
Барышков, имевший информацию лишь об объектах «Иван» и «Зина», почти никак не отреагировал:
– Ну, понятно. Хотя он прав в любом случае. В лесу нам может многое мешать. Было бы хорошо выманить зверя на полянку. А курумник, это вообще замечательно. По камням объекту или объектам будет сложнее ретироваться. Вот только как приманивать станем? – Барышков снова чуть видно улыбнулся и посмотрел на Листровского
– Приманивать будем на приманку, – без эмоций добавил капитан. – Завтра утром привезут двоих бойцов-срочников. Они и будут приманкой.
– Лихо! – прокомментировал Барышков. – Бойцы в курсе дел? Или на дурачка?
– Бойцы сами догадаются, думаю. Но у них будет приказ. А потому, где поставим, там и будут стоять.
– Сразу двоих?
– Да, чтобы одному не скучно было.
Шакулин молчал, он уже высказывал свою точку зрения на такой вид живца.
– Ладно, – сказал Барышков, – все равно мы их отдавать зверушкам не собираемся, – он подмигнул Шакулину, у которого было явно негодующее лицо. – Давай, лейтенант, говори, что там еще охотник советовал.
– Да, ничего больше, – пожал плечами Шакулин. – Советовал вывести на курумник. Глазьев считает, что в лесу шансов у нас нет.
– Ну, шансы у нас есть всегда, – с усмешкой проговорил Барышков. – Но лес и вправду их территория. – Он продолжал внимательно ерзать взглядом по топографической карте. – Вот, пожалуй, здесь, 57-й квадрат – Он ткнул пальцем в карту.