– Все нормально. В этот раз у меня народу побольше. Четверо – в дозоре на соснах, двое – у пулеметов на чердаках бараков, – Барышков поднял брови и улыбнулся, – рядом с ними – еще по снайперу. Траектории с людьми на соснах не пересекаются, углы тоже разные, так что друг друга накрыть не должны. Остальные четверо парней будут со мной, как и вы, в бараках. Мы работаем снизу. Все четверо, плюс я, свои наземные маршруты сближения с ямой знают, чтобы не попасть под обстрел снайперов и пулеметов. У вас двоих есть варианты, можете оставаться в бараке, можете двигаться за кем-нибудь по их маршрутам.
– Если объект не доходит до ямы, что тогда? – наконец вмешался в беседу Шакулин.
– Надо, чтоб дошел? – скептически улыбнулся Барышков.
– А если вообще не придет? – продолжал лейтенант.
– Надо, чтоб пришел. Вы же говорите, что приманку хорошую привезли.
Листровский в задумчивости покивал головой. Возникла недлинная пауза, все в задумчивости глядели на ловушку.
– Я не уверен, что все будет так просто, – Шакулин импульсивно махнул рукой. – Он умный! Вы помните, как зверь раздубасил нашу прошлую засаду? Он просто перебил всех, кого мог достать, по одному. Он не шел прямо к костру на курумнике. Он зашел с леса, явно почуяв наши запахи, потому и начал орудовать с дозора на перешейке.
– От того, лейтенант, у нас сейчас и поставлена задача, работать со зверем на расстоянии, пока он четко не выйдет на яму. – Барышков продолжал смотреть с кривенькой улыбкой.
– Ну, я не знаю. – Шакулин отвернулся и отошел чуть в сторону, направившись по внимательней рассмотреть заготовленные кострища.
Капитаны остались вдвоем. Листровский чуть приглушенным голосом начал говорить:
– Когда зверь подойдет на нужное расстояние, какой-то из твоих снайперов должен первым делом убить приманку – того больного. – Он глянул на Барышкова. – Так надо, – жестче выразился Листровский. – Этот больной, был первым на кого два года назад зверь совершил нападение. Но остался жив. Сейчас он как овощ, ни на что не реагирует. Родственников нет. Ночью испытывает постоянные приступы, в последнее время ничего не ест. Фактически, он сам скоро отдаст концы. – Здесь Листровский намеренно приврал.
– Зачем его убивать?
– Это не обсуждается. Чтобы уничтожить зверя, придется сначала прикончить этого Коробова. Вот санкция. – Листровский достал из нагрудного кармана своего маскировочного костюма бумагу, полученную от Верещагина, и сунул ее Барышкову.
Тот прочел и хмыкнул.
– Надо, так надо.
– Кому доверишь? – поинтересовался Листровский. – Чтобы без соплей. Промедлит пару секунд, и зверь уйдет, а потом ищи его свищи!
– Влад сделает, – чуть подумав, ответил Барышков.
Начало темнеть, небеса сделались серыми, с юго-запада наползала какая-то мгла. Силуэты деревьев начали растворяться в общей массе леса. Все очень напоминало обстановку, как тогда, на курумнике, только без дождя. Шакулин удовлетворил свое любопытство, изучив заготовленные костры, и теперь просто стоял рядом с одним из них и наслаждался видом Дальнего Таганая.
В той стороне, где расположились капитаны, из чащи леса вышел Глазьев.
– Гроза будет. – С этими словами охотник приблизился к кгбэшникам и пожал им руки, а затем махнул в сторону наползавшей тучи. – Пару молний в ней видел, когда на Дальнем был. Ходил на метеостанцию, проверял все ли там в порядке, пока метеорологи отсутствуют.
– Ну, и как, все в порядке? – продолжил мысль Глазьева Листровский.
– В полном.
– Да, забыл сказать, – вставил Барышков, – все устройство ямы нам Владимир Дмитриевич показал.
– Спасибо, – Листровский смотрел на Глазьева.
– Не за что, – ответил охотник. – Пойду, отдохну. – И больше не задерживаясь, он отправился прямо к баракам.
– Кстати, я ему обещал, что его выстрел станет финальным для зверя, – сказал Листровский, когда Глазьев отдалился на приличное расстояние. – Но, кажется, не сдержу.
Из кустов, примерно с той же стороны, что и Глазьев ранее, вышел Влад. Снайпер подошел к капитанам и легким маловыразительным взмахом отдал честь Листровскому, что было нормальным в таких условиях, к тому же среди кгбэшников этот официоз не обязателен и большого значения не имеет.
– Ну, и где он шатался? – обратился к Владу Барышков.
– Петлял весь день, зараза. – Влад обдирал со штанов налипший репей и волоски паутины. – Но на этот раз я его не потерял. – Снайпер выпрямился, стряхнув последний колючий цветок. – Вы сейчас ахните! В начале он снова поперся к Терентьихе, но не просто так. У Глазьева там специальный трюк есть. Он ныряет под завал из деревьев и все, пропадает. Вчера именно так я его и посеял. Но в этот раз фокус не удался. – Влад довольно потер руки. – Оказывается, он обходит Терентьиху с юга и через Большой Лог движется обратно к нашему кордону.