Глава восьмая. Призраки и воскрешения
Шакулин закрыл бумажную папку и положил ее перед собой на столе Листровского. Он еще раз про себя прочел заглавие: «Рапорт полковника Герасименко П. А. о происшествии от 5 февраля 1965 года близ ст. Уржумка Южно-Уральской железной дороги».
Листровский, пытаясь сосредоточить внимание коллеги на нужном ему предмете, несколько раз постучал пальцем по листу бумаги.
– Подписывайте, Сергей, о неразглашении государственной тайны.
Шакулин медленно пододвинул к себе документ, быстро пробежал его глазами, и поставил внизу свою подпись и расшифровку. Листровский одним махом сгреб со стола и папку, и только что подписанный лист, и отправил их в свой портфель. Лейтенант посмотрел в сторону, думая о чем-то своем.
– Так вот, почему вы сразу же отмели версию об оборотне.
Листровский не стал отвечать, некоторые фразы не требуют сиюсекундного ответа или ответа вообще, это привилегия хозяина положения. Капитан достал очередную сигарету и подкурил ее. Шакулин немного поморщился, ему уже надоело вдыхать сизый табачный дымок.
– Евгений Палыч, – начал лейтенант, все еще смотря куда-то в стену, – можно я пару вопросов задам?
– Можно.
– Первое, на счет конвоиров в вагоне. – Листровский при этом звучно хмыкнул. – Я так понял, что они не имели представления о содержимом контейнеров?
– Конвоиры спецгрузов часто не в курсе, что они перевозят, – быстро ответил Листровский. – Этот груз был сверхважным. Чем меньше знающих – тем лучше. Среди людей, находившихся в поезде, о существе груза вагона номер 9 знали только командир состава, а также ответственный сопровождающий, полковник Герасименко. – Листровский покрутил ручку у себя в руках. – Тогда произошла ошибка, зверей накачали транквилизаторами и усыпили. Откачать их должны были по прибытии к нужному месту. Однако, кто-то не рассчитал дозы. Они проснулись намного раньше.
Шакулин перестал смотреть на стенку и глянул на Листровского.
– Второй конвоир умер от страха?
Капитан выпустил сигаретный дымок.
– Нет, он был в состоянии глубокого шока. После инцидента его забросили подальше. Сейчас он служит оперативником где-то на Камчатке, а майор Макеев, как точно заметил Герасименко, был отправлен в главное управление в Южно-Сахалинске. Почти рядом живут, через пролив, – усмехнулся Листровский.
– А я? – вдруг спросил Шакулин и внимательно уставился в глаза капитану.
– Что, вы?
– Меня тоже… на Камчатку, после того как мы здесь все закончим?
Листровский откинулся на спинку кресла и загасил окурок.
– У меня, лейтенант, на тебя другие планы.
– Какие? – все так же остро глядя в лицо капитану, решил уточнить Шакулин.
– Со мной в Москву, в мой отдел, поедешь?
Шакулин взял паузу, непроизвольно отвел взгляд в сторону и слегка улыбнулся.
– Поеду, – коротко ответил он. – Ну, а если результат будет отрицательный, нас обоих на Дальний Восток?
– А вот теперь, лейтенант, давай-ка остановимся на наших делах поподробнее. – Листровский достал лист бумаги из-под стола, взял ручку и стал что-то писать. – Итак, мы имеем дело с двумя опытными образцами, «Зина» и «Иван».
– Кто? – с удивлением прервал капитана Шакулин.
– Это их клички, – как всегда сухо улыбнулся Листровский. – Зина и Иван. Девочка и мальчик. В смысле, сука и кобель.
Шакулин чуть не рассмеялся:
– Отличные имена!
– Так вот, – продолжил Листровский, – в нашей барнаульской лаборатории генетики создали этих замечательных животных. О том, кого с кем скрещивали, я сказать не могу, мне это самому неизвестно. Тайна более серьезного порядка. – Листровский загадочно показал пальцем вверх. – Задача этих монстров, в идеале, влиться в окружающую природу какого-либо заданного географического региона, желательно с лесами. И внести легкий переполох в деятельность секретных лабораторий, находящихся на территории местности, куда предполагалось забросить наших зверей, вплоть до полной передислокации секретного объекта. Иными словами, Зина и Иван обучены убивать, причем людей.
– Куда же их хотели забросить?
– Этого я раскрыть не могу. Скажем так, в одну из стран Западной Европы. В местность, где активно проводится разработка биологического оружия. Пока планировалось просто понаблюдать на будущее, каков может быть результат. Проба пера. В Москве контейнеры должны были присовокупить к составу, в вагонах которого отправлялись животные московского цирка. Цирку в кое-то веки разрешили зарубежную гастроль. Где-то в пути и предполагалось потерять пару железных ящиков. – Листровский побарабанил пальцами по столу. – Однако в результате инцидента, зверей забросили в географическую местность, как раз с лесами, тоже неподалеку от закрытых объектов, вот только прямо у нас под носом. Два года от них не было ни слуху, ни духу. Одного вроде подстрелили достаточно, думали, так и не выжил. А вот по второму считали, что не смог адаптироваться в диких условиях. Затем из Златоуста пошли слишком частые и несколько подозрительные данные о трупах, тогда и вспомнили об «Иване» с «Зиной».