– Возможно, но, скорее всего, нет, – задумчиво отозвался енот и, повернувшись к барсуку, спросил: – С чего началась эта коллекция? Как хомбург появился у вашего отца?
– Мой дед много путешествовал, и именно он начал создавать эту коллекцию. Привозил шляпы из разных мест, а потом открыл своё производство. Отец поддержал его, и, когда они стали известны, знакомые и друзья со всего света начали присылать им шляпы. Так получилось и с этой. Её подарил приятель отца: он был проездом в лесу. Помню только, что у шляпы была испорчена подкладка, и отец сам починил её, хотя обычно этим занимаются голуби.
– Что ж, понятно. Спасибо, что ответили на наши вопросы, – сказал енот и по очереди пожал лапы барсуку и кролику.
Напарники немного побродили вокруг барсучьей норы и направились к реке.
– Мне пора возвращаться в кафе. Сегодня должна приехать мельничиха, ежиха Кларисса, и привезти муку, я не могу опоздать, – сказала Ракета.
– Это та, у которой папа – пират Колючий Джек? – восхищённо спросил Тибидон.
– Да, она. Говорили ещё, что её отец припрятал в лесу золото и бриллианты. Словом, пиратский клад, – прошептала с усмешкой Ракета.
– Кому-то клад, а кому-то барсучья шляпа, – вставил енот и продолжил: – Разговор с барсуком почти ничего не дал. Поэтому прогуляемся-ка мы к бобровой хатке и попробуем опознать носок.
Семья бобров обитала ниже по течению реки, ближе к Нижней Дебре, где жил енот, но на другой стороне.
Когда белочка скрылась за деревьями, Топчегречка хмуро взглянул на зайца.
– Объясни, что это сейчас с тобой было? У нас осмотр помещения, опрос пострадавшего – и тут ты ни с того ни с сего убегаешь! – возмутился енот.
– Я же сказал: хотел внимательнее тропинки осмотреть, – пробормотал Тибидон.
– Меня не проведёшь. Вчера в кафе ты вёл себя не менее подозрительно, когда барсук снял шляпу, – припомнил енот.
– Ладно, – вздохнул заяц. – Я боюсь шляп. Доволен?
– Шляп? – недоверчиво переспросил Топчегречка. – Как можно бояться шляп? Они не кусаются!
– Дело давнее, – краснея, ответил заяц. – Когда папа сердился, он говорил, что отдаст меня фокуснику и тот будет вытаскивать меня из шляпы за уши. И мои уши станут длинными, как бинты. Ну и что, что я не кролик! С тех пор я боюсь шляп, – чуть не плача, рассказал Тибидон.
– Н-да, ну у твоего папаши и фантазия, – присвистнул енот.
– У него тридцать детей – его можно понять, – попытался оправдать отца заяц.
Детективы подошли к берегу. На середине реки бобры построили хатку. Заметив в окошке друзей, бобриха махнула им лапой и вскоре появилась на суше.
– Здравствуйте! Мы хотим вам кое-что показать, – таинственно прошептал Топчегречка и вытащил из кармана брюк носок. – Узнаёте?
Бобриха Фибер взяла в лапы носок, озадаченно осмотрела и обнюхала его.
– Да, это носок одного из моих сыновей! Но как он попал к вам? Вы знаете вора?
– Нет. Его нашёл барсук на кусте рядом с норой, – объяснил Топчегречка.
– Слышала, что у него украли шляпу, – мимоходом заметила бобриха, – и это неудивительно.
– Почему же? Шапу весьма удивлён! – воскликнул енот.
– Я бы даже сказал: озадачен, поражён, ошеломлён, – дополнил заяц.
– Слушай, а кто тебе подарил словарь синонимов? – Топчегречка строго посмотрел на Тибидона.
– Ну мама, а что?
– А ведь ходят слухи, – перебила друзей Фибер, – что у отца Шапу была тайна.
– Тайна? – прошептал заяц и прижал уши.
– Я мало что знаю. Только то, что говорят. Старый барсук разорился, а потом раз – и торговля наладилась! Не странно ли это? – прищурилась бобриха. – Но мне де́ла нет до богачей, пусть творят что хотят.
– Где вы обычно сушите бельё? – спросил Топчегречка.
– Да вот тут, прямо на берегу. Видите, бельевая верёвка.
– Вы не заметили ничего странного? Подозрительные следы? – поинтересовался Тибидон.
Фибер задумалась.
– Нет, ничего такого.
Топчегречка осмотрел берег и тропинку, ведущую к реке.
– Тут следы от шин, – сказал он, наклоняясь к земле.
– Это Кларисса – мельничиха. Вчера вечером привезла муку. У неё чёрный трёхколёсный мотоцикл с люлькой. Уверена, вы её знаете. Её сложно не заметить, – усмехнулась бобриха. – Ладно, мне пора к детям. Как найдёте носки, приходите.
И она зашагала к хатке, где её ждали шестеро весёлых бобрят без носков.
– Что ты знаешь о мельничихе? – спросил напарника Топчегречка, наблюдая, как бобриха Фибер добирается до хатки по плотине.
– Давай обсудим это в кафе? У меня в животе урчит от голода, – предложил заяц, поглаживая брюшко.