5 глава. Тени и свет
Макс Я плохо ориентировался в незнакомой местности, поэтому дорогу показывал малой. Мы вернулись к указателю и повернули в сторону театра теней. В общем, я представлял себе, что это, но по коже бегали мурашки от мысли, что тени будут носиться по стенам сами собой. Хотя, наверно это просто паранойя. Шут не боялся, хоть и шёл быстро, тогда с чего я, полицейский, буду бояться? Я не дам этому сопляку повода поржать надо мной. Парк выглядел жутко! Туман многое скрывал, но я видел ржавые конструкции, полуразрушенные здания, пыльные скамейки и киоски. Да, когда-то это место можно было назвать вторым Диснейлендом. - Слушай, я не хочу, чтобы между нами были недомолвки. Давай я разъясню тебе сразу – я делаю это не для тебя, а для Вики, - сказал шут. - Слушай, тебе сколько лет? Ты говоришь как мачо из бразильского сериала, - ответил я. - Ты ребёнок, тебе не обязательно казаться крутым, понимаешь? Дети бояться, плачут, просят помощи у старших. И это нормально. Вика рассказывала, что ты многое пережил. Ты молодец, но теперь позволь заняться этим делом профессионалу. Это всё-таки моя профессия. - Закончил? – в голосе мальчика ясно чувствовались нотки неуважения. – Не надо со мной сюсюкать! Я способен сделать всё сам, но раз ты увязался, чёрт с тобой, приходится тащить и тебя. - Эй, что за выражения? При чём тут чёрт?! - Да так, к слову. Не придирайся! - Не кричи! - Не указывай! - Веди себя нормально! - Не будь козлом! - Ты у меня получишь!!! Этот малец меня выбесил. Никогда я не встречал детей вреднее. Моё терпение лопнуло, но я знал, что бить детей не хорошо. Тогда я просто глубоко вздохнул и шлёпнул по затылку малому. Это даже ударом не считается, но шут завыл как тревожная сирена. - Не кричи ты так! Это даже не должно быть больно. - Ты идиот! Кретин! Не трогай меня!!! - Хорошо. Я тебя не трогаю. Только пошли дальше. Я поднял руки в знак, что сдаюсь. Шут лишь хмыкнул и пошёл дальше. Внутри себя я получил маленькое удовлетворение. Не то, что бы я любил бить людей, а особенно детей, но этому засранцу нужно было дать такую оплеуху, чтобы он на всю жизнь забыл все эти обзывательства. Но я лишь слегка шлёпнул его. Ему просто повезло. Мы подошли к большому зданию. С виду оно напоминало музей. Хотя, архитектура желала оставлять лучшего, но это же был не музей и тем более не полноценный театр, а просто сцена с простынёй и фонарём, а люди с той стороны делают разные фигуры, и получается чудо. Обычная физика и хореография. Плесень покрывала низ здания. Вывеска с афишами представлений была застеклённая, но и это не спасло плакаты от погоды. На них едва ли можно было что-то прочесть. На одном из них я увидел тень павлина и полустёртая надпись, в которой я разобрал «Птичий вальс». Интересно, что ещё показывали здесь? К сожалению, остальные плакаты я разобрать не смог. Но тут тишину прервал малой. - Эй, взрослый, ты вроде говорил, что просить помощь это типо не постыдно? - Да, а что случилось? - Можешь поднять меня? Раньше тут стоял мусорный бак, но его снесло куда-то, поэтому я не дотянусь до вывески. - Скажи, что сделать, и я сделаю. - Не для твоих петушиных мозгов! Подними меня! Я закатил глаза. Этот ребёнок не знает слова «пожалуйста». Однако, я взял его за талию и поднял прямо к вывеске. Он внимательно вгляделся в неё и сделал то, чего я никак не ожидал. Он сжал свою маленькую ручку в кулак и ударил по стеклу, по которому сразу же пробежала трещина. - Эй, ты вообще нормальный?! – прикрикнул я. - Успокойся, коп, я знаю, что делаю, - беспечно ответил мальчик. - Ты хоть понимаешь, что это порча государственного имущества? - И что ты сделаешь? Арестуешь? - Нет, но… - Тогда держи ровно и не шатай. Снова удар по стеклу. Трещина стала больше. Ещё удар. Стекло зазвенело и посыпалось на асфальт. Я хотел прикрыться, но вспомнил, что держу пацана. Тем временем мальчик порвал старый плакат и вытащил бумажку, лежавшую за ним. Внимательно прочитав написанное на клочке, мальчик впервые выглядел озадаченным. - Что случилось? – спросил я. Вместо ответа мальчик просто протянул клочок. «Если я это читаю, значит скоро конец мистеру Дадли. Его слабость – виниловая пластинка. Её музыка вмиг отправит клоуна в преисподнюю. Я, Скользкий Плут, по приказу мистера Дадли разбил пластинку, но не выкинул её части, а спрятал в парке. Первый фрагмент находится в столе величайшей танцовщицы. Удачи мне». - Ты это писал? – спросил я у мальчика. - Ну наверно, - мутно ответил тот, - хотя я вовсе этого не помню. Значит, нам надо отыскать фрагменты пластинки? - Да. Как же тупо это всё звучит. Я, взрослый человек, буду лазать по мерзкому парку в поиске священного мусора. - Поверь, не тебе одному это не нравится. Мы начали двигаться во внутрь здания. Скользкий Плут Этот громила очень сильно меня бесит. Не знаю почему, но мне кажется, что он плохой. Наверно, я просто не хочу, чтобы к Вике был кто-то ближе, чем я. Эта девушка поразила меня своей храбростью в прошлый раз, и укрепила мой восторг, вернувшись за мной. Я чувствовал себя очень особенным. Но мистер Дадли не терял времени. Он что-то сделал с моей памятью. Хотя я помню, что в парке теперь не дети, а взрослые. Мы вышли в большой зал. Всё по классике: сцена, кресла, портьеры, балконы. Скажу честно, с балконов вид на тени просто ужасен. А прямо на сцене видел старый серый холст. - Мне кажется, раньше здесь были великолепные представления, - подал голос парень. В голове моей мелькнула странная мысль. Я не знаю его имени. Я брожу с совершенно незнакомым человеком и даже не спросил его имени. - Да-да, конечно, - согласился я с его мнением. – Кстати, чупакабра, тебя как зовут? - Макс. - Ясно. Мне тебя так и называть? Или типо дядя Макс? - Просто Макс. Без дядь. - Ладно, как скажешь, Макси. Парень закатил глаза. Мы двинулись к сцене. Вдруг за холстом зажёгся свет. Появились скрученные тени. Макс и я встали как вкопанные. Тени переросли в людей, танцующих ритуальные танцы. Но то, что началось дальше, ужасало. Заиграла зловещая музыка, тени начали показывать кровавые пытки и убийства, начиная с обычного топора в голове и заканчивая полным расчленением. На холст брызнула кровь. - Не двигаться! Это полиция! – заявил Макси и вытащил ствол. Вот же придурок, оружие смертных тут не поможет. Это всё ловушки мистера Дадли. Он хочет, чтобы мы думали, что всё это реально. На холсте застыла тень человека. Наступило напряжённое молчание. Даже музыка стихла. Потом тень начала уменьшаться, становиться чётче. Человек подходил к холсту. - Я сказал, не двигаться!!! – всё кричал парень. Человек протянул руку к пятну крови. Пальцы нарисовали красные глаза и улыбку. У меня мурашки побежали по спине. Макси рванул к сцене, достал нож и резко разорвал холст. Нам в глаза светила лампа. Никого не было. - Что за чертовщина?! – воскликнул Макси. - Это всё мистер Дадли! – на порыве ответил я. - Но как же кровь? Она есть, а человека нет! Тут точно кого-то убили! - Макси, не тупи! Ничего не было! Парень был в шоке. Мне некогда было с ним возиться, поэтому я пошёл один. За кулисами лежало много театрального инвентаря, на полу в огромной куче были навалены костюмы. Из приоткрытой двери горел свет. Я прошёл в маленькую комнату. Это была гримёрная. Около стены стояли трюмо с зеркалами, как в любых других театрах, только лампочки на раме не светились. Источником света была свеча, стоявшая на одном из трюмо. К нему-то я и подошёл. В пыльном зеркале я увидел своё искажённое отражение. Моя рука механически прошлась по зеркальной глади, и я увидел лицо женщины. Она была чёрная, как будто измазанная золой, одета в чёрные воздушные одеяния, которые колыхались на неизвестно откуда взявшемся ветре. Её глаза были пусты. Она внезапно закричала и пустилась на меня. Я оглянулся, но увидел лишь Макса. - Чего такой напуганный? – спросил он. - Я…ничего, всё нормально. Добрался? - Да. Я осмотрел сцену, но нигде нет и следа от этой бойни. - Я тебе дам совет – ничему не верь в этом проклятом парке! - Смотри. Парень указал мне на зеркало, а точнее в правый верхний угол. Там, под пылью, было написано красной помадой имя: «Елена Вельвицкая». - Кто это? – спросил я. Макс пощёлкал в пластинке, называемой «телефон» и сказал: - Это актриса, пропавшая много лет назад. Была очень популярна в театрах теней. Из некоторых источников ясно, что в последние дни работала она…здесь. - Так, может, это и есть величайшая танцовщица? – спросил я. - Я не знаю, ты же оставлял себе подсказки, - ответил Макси. – Но если это она, нам надо проверить её стол. Мы начали открывать все ящики, но ничего не нашли. На трюмо собралась целая куча женских штучек, назначение которых я не понимал. Мистер «я полицейский» даже не старался что-то найти. Он просто вытаскивал по одной вещице и рассматривал её триста лет. Ужас! Тем временем я, как истинный друг Вики, рыскал как пёс. Но предметы не могут быть бесконечными. Ящики опустели, а с ними и наша решительность. - Что дальше, гений? – спросил я. - Надо…надо проверить полые места, - неуверенно ответил парень. Мы начали стукать по трюмо во всех направлениях. Как оказалось, тайников у актрисы не было. Но тут в моей голове промелькнуло воспоминание, всего миг, но этого хватило, чтобы я понял всё. - Под ним, - прошептал я. - Что? – не понял Макс. Я нагнул голову и посмотрел на дно трюмо. Там был прик