Фактически мы безоружны перед Генрихом. Не надо даже старомодным способом лить яд в наши бокалы, достаточно капнуть им на кожу. В тесноте наших помещений такую операцию проделает даже однорукий.
Нужно предостеречь Анвара. Влекомый только одной этой мыслью, я ворвался в отсек акустоконтроля. Генрих испуганно отшатнулся от меня.
В тот момент удар необычайной силы потряс "Тайфун".
Неописуемые, раздирающие душу, скрежещущие звуки заполнили коробку отсека. У меня до сих пор стоит в ушах этот скрежет. "Тайфун" словно раздирали на части. Металл корабля скрежетал, вопил, звенел, разрывался. Погас свет.
В хаосе звуков, в полной темноте мы пытались пробраться на верхнюю палубу, где находились аварийные плавсредства.
Удары все чаще и чаще обрушивались на корабль Словно под его днищем протягивали гигантскую пилу и каждый ее зуб таранил и резал металл.
С ужасом я почувствовал, как под рукой волнами выгибаются стальные поручни трапа - это изгибался весь корабль.
Я слышал, как тяжело дышит Анвар. Потом я узнал, что он тащил за собой терявшего сознание Генриха..
Вдруг стало чуть светлее, меня коснулась волна жаркого ветра, и я осознал, что еще не все потеряно. Как говорит мудрость моего народа "Земля не стареет, солнце не меркнет".
На палубе от спасательных плотов и ботиков остались яркооранжевые бесформенные клочья.
Вокруг нас горел океан. Языки пламени с громоподобным гулом вырывались из-под воды. Шипели волны, превращаемые в пар. Белесое пятно кипящей воды расползалось к горизонту. Луна застыла в облаках копоти.
Мы находились внутри стены из огня, окружающей нас со всех сторон. Кольцо огня напоминало кратер вулкана, но его идеально правильная форма начисто отвергала предположения о естественной вулканической деятельности. Вулкан был созданием человеческих усилий, а мы по злой воле или случайно оказались в его огненной западне.
Палуба раскалялась все заметнее. Анвар был занят Генрихом, стараясь привести его в чувство.
- Анвар, ты не ранен?
- Нога болит жутко. Еле терплю. А Генрих совсем плох . Бормочет несуразное Что с ним?
- Не знаю, пока только догадываюсь . Обыщи Генриха.
- Зачем?
- Не спрашивай. Хорошенько обыщи. Если найдешь в карманах склянку, оберни руку тряпкой, возьми склянку и выброси ее за борт.
Когда я вернулся за Анваром, тот пытался сам спуститься в люк. Я помог ему. На палубе становилось нестерпимо жарко.
Сколько еще минут или секунд можно продержаться на этой раскаленной сковородке? Но я должен все точно запомнить. Чтобы потом рассказать всем, кто пожелает меня выслушать. Или - это еще важнее! - тем, кто должен знать истину! Если только мы сумеем вернуться к людям.
Языки пламени сливались а одну непроницаемую стену. Они закрыли горизонт и рвались заслонить небо. Пламя дрожало от напряжения, оглушающе гудело. Воздух, захваченный в плен огненной воронкой, струился вверх тугим осязаемым потоком, сминая и пожирая облака. Мы были на дне смерча из огня, пара и раскаленного воздуха. Я видел, как с неба спускались другие гигантские темные воронки из вихрей кипящего пара. Смерч рождал смерчи. Где-то дальше над океаном бушевали ливни.
Сильный юго-западный ветер, что начался в полночь, понесет чудовищный котел искусственного тайфуна к густонаселенным побережьям архипелага. Что будет с ними? Какая злая воля обрушила на них беду?
Наступило утро. Я должен узнать, что держит на плаву "Тайфун", не давая ему выскользнуть из огненного плена.
Не раздумывая, я мотнулся к борту и перевалился через него, прикрывая полой куртки глаза, чтобы уберечь их от шипящих брызг.
Погружаясь, я видел, как наверху бегали багровые отблески пламени. С ужасом подумал, что через минуту придется вынырнуть на поверхность и вместо глотка воздуха захлебнуться обжигающим паром.
Борт корабля крутым изгибом уходил вниз, я опускался рядом с ним, касаясь его плечом.
"Тайфун" лежал на решетке стальных балок. Балки уходили из-под днища во все стороны, их начало и конец терялись в темной воде. Целый отряд водолазов, вооруженных плазменными резаками, не смог бы и за неделю разрушить такое сооружение. Мы были в надежной западне.
Я постарался выскочить из воды как можно выше, чтобы не захлебнуться раскаленным паром и вдохнуть хоть глоток пусть и жаркого, но воздуха. Этот маневр мне удался, но тут же я понял, что не смогу вернуться на корабль Решетка металлических балок подняла его так высоко, что палуба оказалась недосягаемой.
Сколько я еще могу продержаться?
Рядом со мной упала тяжелая капля с язычком коптящего огня Я поднял голову и увидел, что пламя непостижимым образом изгибается к центру, образуя багровый купол. Горящее небо опускалось на корабль. Это было так страшно, что я, вскрикнув, потерял самообладание и ушел под воду.
Только ударившись о балки решетки, я сообразил, что с противоположного от меня борта "Тайфуна" уходит в воду металлический трап, по которому спускались аквалангисты.
Я поплыл вокруг корабля, проклиная себя за непростительную забывчивость.
Не помню, как очутился в коридоре жилых отсеков. Легкие были наполнены сухим жарким воздухом, и я зашелся в приступе судорожного кашля.
Отдышавшись, я ввалился, буквально упал в каюту Анвара. Он приподнялся с койки.
- Где ты был? Мы здесь уже почти десять минут...
Только десять минут! Мне показалось, что я плаваю в кипящей воде несколько часов.
На полу, рядом с койкой Анвара, лежал Генрих.
- Все еще без сознания?
- Бредит.
- Сейчас мы займемся им. Но прежде. Внимание, Анвар! Берегись!
Генрих зашевелился, и мне показалось, что в руке его что-то блеснуло.
Анвар, не понимая всей опасности, которая нам угрожает, недоуменно смотрел то на меня, то на Генриха.
- Ты хорошо его обыскал?
- Разве он преступник?
- Он прячет яд.
- Не может быть! Зачем?
- Я еще сам не очень понимаю. Но он хотел скрыть происхождение таинственных звуков. Он знал, что их источник приближается. Отговорил меня сообщить обо всем на базу. Этой ночью в химической лаборатории он синтезировал сильный яд. Мы для него, наверно, крысы. А он - всемогущий экспериментатор. Так ему чудилось там, в химической лаборатории. Даже капля яда дает власть. Яд, пулеметы, бомбы - все это ослепляет могуществом. Только потом сам великий экспериментатор начинает визжать от страха и прятаться в нору. И погибает, как крыса... От своей же крысиной бомбы... Я устал, Анвар. Руки горят. Я искупался в кипящем океане...
- Там ужасно?
- Очень плохо, Анвар. Отчаянное положение - кругом огонь! А под нами какая-то металлическая конструкция. Знаешь, такая огромная металлическая решетка, я не поверил своим глазам. Если огонь приблизится к кораблю, мы сгорим. Если решетка сбросит нас в океан - пойдем ко дну, ведь балластные цистерны заполнены до отказа. Вот и все, Анвар.
- Огонь или вода. Что раньше? Так я понял?
- Так, Анвар, так, мой дорогой. Выбор не велик.
- Что я должен делать?
- Ты хорошо спросил, Анвар. Я отвечу - бороться! В радиоотсек нам не пробраться. Но в коридоре я видел несколько стеклянных поплавков от планктонных сетей. Мы напишем обо всем, что здесь произошло, спрячем записки в поплавки и выбросим их в океан. Это первое, что мы должны сделать.
Для начала я связал Генриху руки. Прикатил в каюту четыре объемистых поплавка.
Когда я проходил мимо трапа, в отверстие заклинившегося люка упала тяжелая горящая капля. Правда, она быстро угасла на металлической ступени трапа. Но огонь, видно, уже начал наступление на корабль.
Анвар писал. В университете все просили у него записи лекций. Хороший разборчивый почерк... Теперь он пригодился.
- Анвар, вступительные фразы лучше писать на нескольких языках.
- Да, и точные координаты встречи с неопознанным объектом....
Я назвал координаты. Я и теперь их помню. С этих координат начинался отсчет другой жизни. На ступени трапа упало еще несколько сгустков пламени.
- Надо хотя бы предположительно написать, что же все-таки происходит, сказал Анвар.
Я попытался сосредоточиться и вспомнил бюллетени международных и национальных метеорологических ассоциаций. Белые, голубые, бледно-розовые листки: "Летающие лаборатории исследуют методы искусственного воздействия на морские бури", "Федеральное правительство штата Луизиана заявляет свое право на всю влагу, содержащуюся в атмосфере штата", "Компания "Блу-Ридж уэзер модификейшен" проводит опыты по искусственному вызыванию грозовых разрядов", "Опасные эксперименты с тайфунами средней интенсивности", "Можно ли вызвать искусственный град?", "Тайфун меняет свой курс"...