«Слушай, а чего ты от меня ждёшь? Если бы я пришёл сюда под оперативным прикрытием, я бы вряд ли его раскрыл, судя по тому, что ты мне только что рассказал. Зачем ты это делаешь? Почему ты так волнуешься?»
Над террасой пронесся поток сернистых испарений, но это не повлияло на настроение Шахпура. Он продолжал смотреть на реку, словно наказанный подросток. Казалось, он сыграл свою последнюю партию, и больше некому было довериться. И вот прорыв.
«Я скажу тебе, почему». Он говорил, обращаясь к южному ветру, который разносил его тихие слова над водой. «Я присоединился к Агентству в новом, 2002 году. Я сделал это, потому что верил в Америку. Я сделал это, потому что верил, что буду полезен своей стране, что смогу помочь предотвратить повторение того, что случилось с нами». Теперь он повернулся, и Джо увидел
В его юных глазах читалось разочарование, внутренний конфликт порядочного человека. «Мой отец приехал в Соединённые Штаты в 1974 году. Он учился на инженера в колледже в Детройте, штат Мичиган. Знаете, как он выбрал Детройт?»
Джо покачал головой. «Он был из Сари, города на южном берегу Каспийского моря. Он посмотрел на карту Америки, увидел большое синее озеро и город рядом с ним, и подумал, что это похоже на его дом».
Шахпур повернулся, подкатил стул к столу и резким, контролируемым движением опрокинул стакан эспрессо.
«Когда он приехал туда, он увидел, что лето выдалось хорошее, и что он сделал правильный выбор. Затем наступила зима. Он никогда раньше не видел снега, никогда не видел гололёда на дорогах. У него был дядя в Сакраменто, который пригласил его в Калифорнию. И что же обнаружил мой отец? Что на улице семьдесят градусов в самый разгар зимы. Он закончил учёбу, перебрался в Сакраменто и устроился мыть посуду в пиццерию моего двоюродного деда. Но мой отец был умнее остальных, понимаете? Он много работал и открыл своё заведение, свой ресторан. Сегодня он миллионер. У него шестеро детей, внук, пять объектов недвижимости в трёх разных штатах. Он владеет двадцатью пятью точками доставки пиццы в районе Калифорнии».
«Американская мечта», — сказал Джо. Шахпур заставил его замолчать, подняв руку.
«Я не пытаюсь продать вам Америку», — сказал он. «Я не пытаюсь продать вам идеал. Я знаю, что у нашей страны есть свои недостатки. Но я мог смотреть сквозь них сквозь пальцы, понимаете? И до сих пор могу. Я пошёл в армию, потому что хотел изменить ситуацию, показать, что дитя Ирана способно на нечто большее, чем просто ненависть».
«Я могу это понять».
Шахпур выглядел облегчённым. «Думаю, ты сможешь», — сказал он. Крик птицы разнёсся над рекой Хуанпу. «Все слышали о том, что ты сделал, Джо. Все слышали, почему ты ушёл. Я решил поговорить с тобой, потому что у тебя есть идеалы, потому что ты увидишь безумие происходящего здесь».
Потому что ты — мой лучший шанс выбраться из этого».
Вот так. План Уотерфилда сработал. Иллюзия ухода RUN с Воксхолл-Кросс убедила скомпрометированного американского агента, что Джо Леннокс — ответ на его молитвы.
«Откуда?» К разочарованию Джо, официантка снова появилась и прервала разговор в самый ответственный момент. Шах-Пур оглянулся на вход в ресторан, словно убеждаясь, что Майлза нигде не видно. «Откуда?» — повторил Джо. Его уже не в первый раз поразило, что в свои тридцать четыре года он уже считался мудрым старцем среди тех, кто выглядел так же молодо, как он сам себя чувствовал.
«Выйти из того, что происходит».
«И что это? Что происходит?»
Шахпур повернулся всем своим худым телом к Джо. Он опустил голову. Казалось, открытый воздух не мог выдержать бремени столь тяжкой тайны.
Затем он наклонился к Джо и посмотрел ему в глаза. «Майлз что-то задумал», — прошептал он. «Одобрено Пентагоном, тайно поддержано ЦРУ. Финансируется по саудовским каналам. Операция здесь, на материковой части Китая. У нас есть уйгурская ячейка в Шанхае, которая может атаковать сразу несколько целей этим летом».
«Тогда вам придётся обратиться в полицию», — тут же сказал Джо, потому что роль ответственного гражданина была самой простой. «Вы должны обратиться к своему начальству. Вы должны попытаться предотвратить это».
«Как я могу? Что я могу сделать? Я не могу предать свою страну».
«Разве ты сейчас не этим занимаешься?» — подумал Джо. Внезапно весь неоновый свет по обе стороны реки, все бренды и логотипы от Пуси до Пудуна погасли. Терраса погрузилась в почти полную темноту.
«Одиннадцать часов», — сказал Шахпур, не глядя на часы.
«Происходит каждую ночь».
«Ответьте на мой вопрос», — сказал Джо.
«Какой вопрос?»
«Почему бы вам не найти способ предупредить власти?»