— Мы уже знаем о ней.
Прижавшись глазами к окуляру поискового перископа, Ванн всмотрелся в каменистые сопки, прикрывающие вход в Большую Лицу. Выбрав максимальное двадцатичетырехкратное увеличение, капитан смог заглянуть в глубь бухты.
На голом склоне сопки прилепились унылые обшарпанные жилые дома из железобетонных блоков. Над причалом склонился портовый кран. Все застыло. Казалось, база вымерла, брошена. Но вдруг Ванн заметил какое-то движение. Он сразу же включил на запись подключенный к перископу видеомагнитофон.
— Вот и они.
Из-за каменистого мыска появился острый серый нос противолодочного корабля «Гриша», поднимающий высокие белые буруны. За ним второй «Гриша». А следом в зеленоватой воде мелькнуло округлое тело подводной лодки.
— Сукин сын! — выругался Ванн.
— Шесть секунд, — доложил старшина-рулевой, следивший за тем, как долго перископ «Портленда» находится над поверхностью.
Оторвавшись от окуляра, Ванн приказал:
— Опустить перископ!
Объектив перископа был покрыт специальной резиной, поглощающей радиолокационные лучи. Обнаружить его было трудно, но возможно.
— Прокрутить запись! — приказал Ванн старшине-рулевому.
На экране появились кадры, заснятые через перископ.
Стэдмен, заморгав, уставился на изображение.
— Но ведь это же…
— Вот именно, черт побери.
Казалось, «Тайфуну» потребовалась целая вечность, чтобы вытянуть свое тело из-за полоски земли. На взгляд невозможно было оценить истинные размеры этих бегемотов. Как и у айсбергов, то, что виднелось над поверхностью, лишь позволяло строить предположения о том, что скрывается под водой. «Тайфун» в основе своей представлял собой два больших прочных титановых корпуса, сваренных вместе и заключенных в легкую стальную кожу, достаточно крепкую для того, чтобы пробивать своей тушей арктические льды толщиной почти в двадцать футов. В отличие от всех других ракетоносных подводных лодок, у «Тайфунов» ракетные шахты располагались перед массивной черной боевой рубкой. Подводная лодка не отличалась особой красотой, но зато ее командир имел в своем распоряжении бо́льшую огневую мощь, чем премьер-министр Великобритании.
В годы холодной войны было заложено шесть «Тайфунов». Одна подлодка осталась недостроенной на судостроительной верфи. Три едва держались на плаву, вызывая не столько страх, сколько жалость. Еще одна получила серьезные повреждения во время неудачного запуска баллистической ракеты. Судьба шестой и последней также сложилась крайне печально: ей пришлось пережить и неудачный запуск ракеты, и аварию атомного реактора, вследствие чего лодка оказалась надолго погребена в тоннеле, пробитом взрывами в скалистых берегах Большой Лицы.
— Кажется, вы сказали, что русские режут эти лодки на металлолом, — сказал Стэдмен.
— Вашингтон тоже так думает.
— Центральный пост, говорит Скавалло. Если вы еще ненадолго оставите мою антенну на поверхности, я смогу кое-что сказать про эту подлодку. Русские постоянно ведут переговоры и…
— Лейтенант, если я оставлю вашу антенну на поверхности, русские обнаружат мою подводную лодку.
Ванн резко вставил наушники системы внутренней связи в гнездо.
— Центральный пост, докладывает акустик. Я произвел идентификацию этой «ядерной дубинки». Предположительно мы имеем дело с лодкой «Карское море» класса «Тайфун». У нас она числится как исключенная из состава флота.
— Однако сегодня она выглядит очень даже бойкой, — заметил Ванн.
Стэдмен раз за разом просматривал видеозапись «Тайфуна», выходящего из бухты. Скавалло сказала, что в переговорах упоминался буксир. Но где же он? Старший помощник повернулся к Ванну.
— Что дальше?
— Эти ублюдки прикарманили наши денежки, а лодку оставили. В доказательство их лживости мы сейчас снимем с нее скальп.
— Так точно.
На самом деле Стэдмен считал, что командир отнесся к вероломству русских, как к личному оскорблению. Хотя, несомненно, у него были на то все основания.
Старшему помощнику довелось ознакомиться с заключением следственной комиссии. Командуя атакующей субмариной «Батон-Руж», Ванн забрался под днище выходящему в море на боевое дежурство «Тайфуну», но тут командир российской подлодки внезапно выполнил маневр «Сумасшедший Иван» — резкий разворот, призванный обнаружить преследующую субмарину. Ванн был готов к этому и успел вовремя отойти. Как только «Тайфун» завершил маневр, «Батон-Руж» вернулся ему под днище.
И тут командир российской подлодки совершил нечто совершенно неожиданное: второй маневр отрыва. «Двойной Иван». Ванн был вынужден предпринять экстренные меры, и «Батон-Руж», уходя от столкновения, зацепил рубкой подводную часть глубокосидящего айсберга. От резкого толчка одного матроса в носовом кубрике сбросило с койки, он сломал себе шею и скончался. «Тайфун» как ни в чем не бывало ушел. «Батон-Руж» с трудом доковылял домой. Субмарина получила настолько серьезные повреждения, что с тех пор больше не выходила в море.