Сергей поправился, конь Шамана очухался от стресса и испуга. А мы, сидя у костра, щелкая орехи, посмеялись от души. Время уже было к полуночи и пора идти к себе на зимовье, а завтра... завтра, будет новый таежный день и новые приключения, а какими они будут, добрыми и весёлыми или наоборот печальными, мне пока не известно...
Часть 6
Целый день мы заезжали в тайгу. Нас шесть человек и полный ЗИЛ продуктов. Заезжали мы до октября, а если не подведет погода то и до ноября. Что берется с собой? Вот маленькая часть из списка: Два барана, десять куриц, пять килограмм рыбы, сало около двадцати килограмм, крупы по десять килограмм каждой, хлеба семьдесят булок, чай - пятьдесят пачек, кофе - десять банок, коробка масла подсолнечного, три коробки печенья, две сухарей, конфет и ещё много чего. Также спички мыло и прочее в большом количестве.
В первые два дня идёт заготовка дров, чистится ключ и делается запас воды, засаливается мясо, что бы не испортилось пока тепло, раскладываются вещи. Идёт обустройство.
На третий день начинается работа, добыча шишки, вечерами за столом у костра, за чашкой горячего чая можно и рассказать, и послушать байки бывалых таежников.
- Стал заходить ночами к Петровичу, на зимовье мишка, - рассказывал Миша - у зимовья не чего съедобного не было, а вот ходил каждую ночь. Придёт, походит, порычит, пошарит и уйдёт.
На улице уже было темно, горел фонарик над столом, а в пару метрах от него горел с треском огонь, над которым грелся чай.
- Через несколько дней Петровичу это надоело. Считай, ночью медведь не даёт спать, днём работа. Сходил он за собакой - продолжал рассказывать Миша - А у зимовья стоял сухостой метра два высоту, (сухостой - засохшее дерево, чаще сломанное ветром на высоте двух - трёх метров). Петрович на цепь и привязал пса к этому сухостою. Пришла ночь, послышался медведь, а следом и лай пса. “Ну - думает Петрович - прогонит медведя пёс, высплюсь” Рассмеявшись, сказал Миха.
- Прогнал? - спросил я.
- Ну, как прогнал? И вроде, да и вроде нет!
- Это как так? - спросил я.
- А так! Вышел утром Петрович из зимовья, а пёс на этом сухостое сидит. На самой верхушке, еле держится. Уж как он туда запрыгнул непонятно, но сидит и даже не скулит, боится... но медведь с тех пор там не появлялся.
На улице было уже холодно, дул верховой ветер, а значит завтра, будет плохая погода. А на утро и правда шёл дождь, а значит, сегодня отдыхаем.
Часть 7
Три дня шёл дождь, работа встала, на улице холодно и сыро. Я с дядь Володей стоял на крыльце под навесом, щелкая орешки и глядя на танец огня. Ребята спали, звери в лесу тоже. Тёмную ночь и тишину нарушала музыка мелкого дождя о крышу, постукиванием и шипение капель в костре, временами трещали дрова, как бы спрашивая, почему мы не спим.
- А знаешь, что в такую погоду замерзнуть и погибнуть быстрее, чем зимой в снег - спросил меня дядь Володя, и продолжил, не дожидаясь ответа - был такой дед Афанасий, зашёл в тайгу и дождь начался, а на улице осень, ночами холодно, а тут ещё и дождик моросит. Дед как назло спички не взял, то ли от старости забыл, то ли ещё чего, но костёр нечем развести, а что до дому, что до зимовья далеко, а на подходе ночь.
- И что сделал он? - спросил я.
- Достал он топор и пошёл рубить пень. Другой бы лег и помер, но не дед Афанасий, срубил пень килограмм в пятьдесят, закинул на плечо и пошёл кругами по тайге.
- Не побоялся заблудиться? - спросил я.
- Я ж говорю - Кругами - вот до утра так и отходил, а деду было под восемьдесят годков. Вот какое у дедов здоровье было!!!
В зимовье, потрескивая дровами топилась печка, огонь как будто ругаясь и рыча с шумом уходил в трубу провожая в неё дым. Над столом горел фонарь, в лучах которого играл пар, от горячего чая. А за окном не смолкая капал дождь, говоря нам, что и завтра мы будем отдыхать.
- Зашли мы как - то с батей в тайгу зимовье ставить. Было мне тогда лет пятнадцать или семнадцать - стал рассказать нам дядь Володя - и полил дождь как сейчас, день, другой и так без перерыва неделю. Жили в палатке, сыро, мокро все, холодно. Ну, за неделю мы срубили, поставили зимовье и пошли на выход. Сделав пару глотков чаю и посмотрев на нас дядь Володя продолжил свой рассказ.
- Вышли мы на геологов, что они изыскивали не помню, но жили они там тоже в палатках, все у них сыро, ходят аж качаются.
- От чего? Пили что ли? - спросил я.
- С голоду - посмотрев, на меня ответил дядь Володя - в сухомятку много на ешь разве. Вода да сухари. Не путевые какие-то геологи.
- Помогли им?
- А куда деваться. Батя мне тогда говорит, - ”иди сына, учи ребят в дождь огонь добывать” - пошли мы с двумя геологами, нашли корни, нарубили, разжег их, а от них и мокрые дрова просохли и загорелись. Наварили чая, попили и пошли мы с батей дальше. Ребята рады, суп поставили варить, дров готовить.