— Ну, слава богу, — вздохнул Николай. — Хоть рыбу выпросил. А то я уже начал думать, что совсем от голода загнусь.
— А я могу неделями не есть, — похвасталась берегиня.
— От того ты и такая стройная, почти невесомая, девочка моя, — прижавшись губами к ее щеке, ласково прошептал Николай. — Ты не представляешь сколько счастья ты мне подарила. Мне никогда в жизни не было так хорошо. Моя душа поет и одновременно плачет от радости.
— От радости? — удивленно переспросила Рябинушка. — Разве от нее могут плакать?
— Это такое образное выражение, — терпеливо объяснила Николай. — Слезы радости.
— А-а-а, — протянула она и сосредоточенно засопела и завошкалась на твердых нарах.
— Неудобно тебе? — вздохнул Николай.
— Я привыкла спать на свежем воздухе, на мягком мху, — честно призналась берегиня. — Да и сова сегодня чего-то разухалась. Будто предупреждает о чем. Не пойму ее. Мой дар сегодня притупился, я почти не понимаю животных, энергетики не хватает. Но чувствую, что-то случилось или должно случиться.
— Кстати, — неожиданно вспомнил Николай, — сегодня твоя подружка проговорилась мне о какой-то тайне, известной ей, но о которой я ничего не знаю. Что она имела в виду?
— Не знаю, мало ли… — протянула Рябинушка.
— Знаешь, — твердо произнес Николай и приподнявшись на локте, начал пристально вглядываться в черноту, словно пытаясь разглядеть в ней очертания родного лица, увидеть ее реакцию, ведь врать она совсем не умела. — Я ей сказал, что заберу тебя из тайги, и что мы вместе будем воспитывать наших детей, если они у нас будут, конечно.
— Ах, вот оно что, — громко вздохнула берегиня. — Да, об этом я не сказала. Не думала, что это будет важно для тебя. У меня будет ребенок, он живет внутри меня, хотя я этого пока и не чувствую.
— Что? — захлебнулся собственными эмоциями Николай и громко раскашлялся. Он резко встал с настила и начал метаться по комнате, натыкаясь на всевозможные предметы бедного интерьера. Споткнувшись обо что-то, он с шумом повалился на пол, больно ударившись локтем об пол.
— Как ты могла скрывать это от меня? — стиснув зубы, заскулил он. — Хотя, чему тут удивляться, с вашим отношением к детям! Подумаешь, у нас будет ребенок — какая мелочь.
— Почему ты злишься на меня? — искренне удивилась берегиня. — Ведь я ничего плохого тебе не сделала!
— Послушай, милая, — встав с пола, он принялся шарить руками вокруг себя, пытаясь нащупать стол. Днем он видел на нем свечу, опущенную в мутный граненый стакан. Наткнувшись в кармане джинсов на гладкую полированную поверхность, он достал зажигалку. Через секунду комнатку осветил слабый свет.
Фитиль ушел вглубь и, одной рукой держа зажигалку, он принялся ковырять воск. Берегиня стояла рядом и молча наблюдала за его действиями.
— Подержи, — протянул он ей зажигалку.
Рябинушка робко протянула руку и осторожно взяла ее. Как зачарованная смотрела она на чуть голубоватое пламя. Через пару секунд оно потухло. Выругавшись сквозь зубы, Николай нащупал в темноте прохладную ладонь берегини и, выхватив у нее зажигалку, вновь зажег огонь.
— Как это легко у тебя получается! — восхитилась Рябинушка, когда, Николаю, наконец удалось зажечь свечу.
— Что именно? — не понял он.
— Разводить огонь, — пояснила она. — У нас на это уходит очень много времени. А я так люблю наблюдать за пляшущем в ночи пламенем.
— Поверь, тебе предстоит увидеть еще много удивительных вещей, — усмехнулся он и тут же вновь напрягся. — Так значит, тогда в поезде, у нас с тобой был секс?
— Что было? — нахмурилась она.
— Ну… — чуть смутился Николай. — Мы с тобой занимались любовью? Как сегодня? Просто, раз ты беременна, то я делаю выводы…
— Занимались, — не отводя от него ясных глаз, кивнула берегиня. — Я для этого и пришла к тебе. Ты совсем ничего не помнишь?
— Лишь какие-то смутные образы, — нахмурился он. — Помню, как ты зашла, словно слилась из облака, помню запах леса, наполнивший купе. А дальше полный провал.
— Правильно, — подтвердила берегиня. — Дальше начал действовать сны навивающий сбор трав. Твой разум спал, как и у твоих соседей, а тело двигалось так, как я ему велела. Хвоя, запах которой ты почувствовал, входит в состав этого сбора.
— А поезд ты зачем затормозила? Ведь ты могла проникнуть внутрь и на ходу.
— Я ничего не делала, — пожала плечами она. — Это случайность.
Николай молча кивнул. Хмуро взглянув на берегиню, он быстро отвел взгляд в сторону.